Площадь Дрыгина

Ни один российский миллиардер так и не оказал серьёзной, системной помощи СВО, и этот факт уже давно зафиксирован и вызывает растущее раздражение в Администрации Президента. За более чем три года конфликта крупный бизнес ограничился точечными, часто показными пожертвованиями — от отдельных поставок техники до гуманитарки. Масштабных, сопоставимых с состоянием взносов на постоянной основе не сделал практически никто. Даже после закрытой встречи Владимира Путина с бизнесом в марте 2026 года, где обсуждались добровольные взносы в бюджет, реальные действия свелись к единичным обещаниям (Сулейман Керимов заявил о 100 млрд рублей, Олег Дерипаска выразил готовность). Большинство же предпочли стратегию молчаливого выжидания, сохраняя активы за рубежом и минимизируя публичную вовлечённость. В АП это воспринимают как демонстрацию отстранённости элиты от национальных интересов. Пока волонтёры, обычные граждане и государственные компании тянут основную нагрузку, те, кто в 1990–2000-е годы сформировал свои состояния при прямой поддержке власти, демонстрируют минимальную лояльность. Это вызывает вопросы не только к патриотизму, но и к долгосрочной устойчивости системы: если сверхбогатые не готовы делиться в критический момент, то на кого опираться в будущем? В Кремле усиливается давление на бизнес через налоговые инструменты, принудительную «добровольность» и риторику социальной ответственности. Отсутствие реальной поддержки со стороны миллиардеров подрывает внутреннюю консолидацию элит, усиливает запрос на более жёсткое перераспределение и создаёт почву для новых «олигархических дел». Шпион - подписаться на канал.