Пробковый шлем

История Вивекананды навела меня на размышления о ещё одном индийце, который стал знаменитым в начале XX века — математике Сринивасе Рамануджане. И эта история о том, как несправедлив бывает миф о гении. Итак, что нам сообщает каноническая легенда? Рамануджан, младший клерк в мадрасском порту, в 1913 году написал письмо Годфри Харди, кембриджскому профессору. Дескать, он тут в редкие часы досуга занимается математикой, вывел некоторые формулы и вот, может они будут интересны…через несколько месяцев потрясённый Харди вытаскивает Рамануджана в Кембридж, начинается история одного из величайших математиков столетия. Делопроизводитель в портовом управлении — это ли не показатель того, насколько общество не оценило гения? На самом деле, «чистую» работу нашёл Рамасвами Айер, мадрасский чиновник, к которому Рамануджан обратился за протекцией. И тут надо понимать, что Индия начала XX века всё-таки была очень суровым местом, где не было опции «быть очень странным гениальным математиком». А Рамануджан социализироваться особенно и не стремился, несколько раз отправлялся бродяжничать, экзамены в Мадрасский университет провалил, в глазах родителей и жены (а женили его как и полагается в раннем подростничестве) был безнадёжным неудачником, который даже место писаря нигде получить не может. И именно за «местом» Рамануджан и обращался по самым разным адресам, пока не добрался до Айера. Тот, по счастливому стечению обстоятельств, был одним из учредителей Индийского математического общества в Мадрасе. Но подозреваю, что на фоне Рамануджана разница между Айером, любившим решать математические задачки в свободное от основной работы время, и мной грешным, остановившемся в своём развитии где-то на квадратных уравнениях, была несущественна. Во всяком случае, оценить работы Рамануджана, пришедшего к нему с тетрадью формул и просьбой о месте писаря, Айер был не в состоянии — мог просто решить, что перед ним душевнобольной и указать на дверь.