Пиратская партия России А++

Пиратская партия Бразилии о недавних президентских выборах Публикуем материал, который Пиратская партия Бразилии (Partido Pirata do Brasil, PIRATAS) предоставила о результатах второго тура президентских выборов на сайте Пиратского интернационала. Бразилия сияет как маяк против экстремизма на исторических выборах 25 октября 2026 года кандидат от Партии трудящихся Луис Инасиу Лула да Силва получил 51,6% голосов, одержав впечатляющую победу над своим соперником Флавиу Болсонару. После того как в первом туре президентских выборов Лула занял второе место, путь к победе оказался для него непростым. Исторически ни один кандидат, занявший второе место в первом туре, ещё не побеждал во втором туре президентских выборов в Бразилии. Поэтому его победа стала историческим поворотным моментом в бразильской политике. Лула получил 64 256 232 голоса - больше, чем когда-либо получал кандидат в президенты Бразилии. Кампания опиралась на масштабную низовую мобилизацию как в социальных сетях, так и на улицах. Эти усилия также способствовали тому, что доля избирателей, не принявших участия в голосовании, оказалась самой низкой в истории Бразилии; особенно высокой была явка среди пожилых избирателей. Эта впечатляющая политическая мобилизация происходила несмотря на значительное внешнее вмешательство со стороны американских политиков и технологических компаний. Бразилия уже сталкивалась с американскими пошлинами, введение которых оправдывалось защитой Жаира Болсонару, в то время как кампания Лулы столкнулась с препятствиями на цифровых платформах, принадлежащих таким компаниям, как Meta - материнская компания Facebook, WhatsApp и Instagram. По сообщениям, охват его кампании ограничивался, а официальные страницы временно удалялись в критически важные моменты. Между тем контент в поддержку его соперника продолжал широко распространяться. Например, бразильский ультраправый инфлюенсер и политик Николас Феррейра, как сообщалось, добивался большего охвата, чем международные поп-звёзды Селена Гомес и Бейонсе, а также члены семьи Кардашьян, даже когда часть его контента отключалась из-за нарушений авторских прав. В ответ левые инфлюенсеры и политики координировали усилия по мобилизации избирателей в социальных сетях. Эти кампании создавали пространство для личных свидетельств, выражения политических мнений, обсуждения государственной политики и идеологических дебатов. Одной из особенно примечательных инициатив стала группа в WhatsApp под названием «Армия Лулы», которая привлекла около 10 миллионов пользователей. В день выборов возникли дополнительные трудности. Неблагоприятные погодные условия затронули значительную часть страны, а некоторые мэры правого политического направления обвинялись в политическом саботаже после того, как вывели автобусы из эксплуатации, даже вопреки судебным распоряжениям, требовавшим задействовать весь парк общественного транспорта. Эти препятствия побудили обоих кандидатов попросить продлить время голосования на два часа. В конечном итоге просьбу удовлетворил судья Верховного суда, назначенный Лулой, как раз тогда, когда обычное время голосования подходило к концу. После победы Лулы Флавиу Болсонару пошёл по стопам своего отца, отвергнув результаты выборов и пообещав оспорить их в суде, добиваясь аннулирования голосования. Однако судья Верховного суда Кассиу Нунес Маркес, назначенный отцом Флавиу, Жаиром Болсонару, публично признал победу Лулы. Нунес Маркес входит в Высший избирательный суд, осуществляющий надзор за избирательным процессом. Большинство международных лидеров уже также признали результаты выборов, хотя президент Аргентины Хавьер Милей и президент США Дональд Трамп пока не поздравили Лулу. В ответ на эти случаи вмешательства Лула затронул роль цифровых платформ в своей победной речи. Он пообещал расширить использование цифровых каналов коммуникации при новом правительстве, одновременно добиваясь более строгого регулирования и налогообложения компаний, владеющих социальными сетями. Его позиция отражает более широкую проблему, стоящую перед демократиями по всему миру: как защищать честность выборов и политический суверенитет, когда небольшое число могущественных технологических компаний способно определять видимость политических высказываний, влиять на общественные дискуссии и потенциально воздействовать на результаты выборов. «Нам пришлось преодолевать внешнее вмешательство через цифровые платформы, которые нам придётся регулировать. Цифровые преступления не должны рассматриваться иначе, чем преступления в реальном мире. Мы не можем позволить огромным, чудовищным компаниям получать миллионы и миллионы дохода в этой стране, не уплачивая здесь налоги, и одновременно пытаться влиять на выборы в этой стране». Реакция Лулы на столь откровенное использование интернета и социальных сетей понятна. Однако превращение интернета в оружие экстремистов может стать поворотным моментом в истории гражданских свобод, частной жизни, свободы выражения мнений, открытого интернета, демократических институтов, прозрачности и сопротивления чрезмерной концентрации власти. Крупные технологические компании теперь обладают возможностями наблюдения, цензуры и пропаганды, превосходящими даже те, которые описываются в наиболее известных антиутопиях о чрезмерном вмешательстве государства. Они действуют не только в собственных интересах, но и в интересах колониальной политики стран Глобального Севера. К сожалению, даже благие намерения национальных правительств ограничить корпоративные злоупотребления могут в итоге привести к дальнейшему ущемлению индивидуальных свобод. Обычные люди оказываются под перекрёстным огнём и испытывают давление, вынуждающее их сплотиться вокруг своих лидеров на фоне масштабных экономических и политических манипуляций со стороны элит Кремниевой долины.