«Дурной» вкус, «плохой» режиссер, «кинохлам» – критики, исследователи и обычные зрители так легко пользуются подобными характеристиками, что они, кажется, ничего и не стоят. Однако так ли это на самом деле? Константин Ямщинский убежден: даже бытовые оценки не просто маркируют фильмы и личные пристрастия зрителя, но компрометируют целую сферу кино, которая не укладывается в нормативные представления. Об этой негласной борьбе между «агентами высокой культуры» и современными проводниками средневекового карнавала – мастерами треша, постановщиками мондо-фильмов и эксплуатационного кино, апологетами дешевой фантастики и молодежных мюзиклов – он сперва рассказал на лекции в фонде «Кинора», а теперь подготовил текст для «Пилигрима». Мы сходимся на том, что «плохое» кино – это эстетическая категория, вкладывая в понятие не недостатки и уж тем более не моральную оценку происходящего на экране, а определенный стиль. Признавать «плохое», любить его и культивировать – значит иметь особый изощренный вкус. Это кино «плохое», потому оно и «хорошее». Исчерпывающе высказался Джон Уотерс: «Для меня плохой вкус – суть развлечений. Если кого-то вырвет при просмотре одного из моих фильмов – это как получить овацию стоя. Читать