Филолог в засаде

Дроново-штурмовые подразделения: новая тактическая доктрина в условиях тотальной дроновой войны Часть 2 из 5 2. Анализ Формирование дроново-штурмовых подразделений является одним из наиболее показательных проявлений перехода войны в новую технологическую фазу. Если на ранних этапах широкомасштабной войны беспилотники выполняли роль средств разведки, корректировки артиллерии, а затем точечного поражения отдельных целей, то сегодня они всё чаще становятся центральным элементом боевой архитектуры. В случае ДШП дрон перестаёт быть вспомогательным инструментом при пехоте; наоборот – пехота действует внутри дроново-ударной модели. Суть новой тактики заключается в том, что штурмовое действие начинается не с выдвижения личного состава, а с развёртывания разведывательно-ударной системы. Сперва формируется картина поля боя: выявляются позиции противника, маршруты его перемещения, огневые точки, укрытия, узлы связи, логистические элементы и позиции операторов БПЛА. После этого дроновая компонента работает на истощение и дезорганизацию противника. Лишь после этого в действие входит пехота, задача которой заключается не в лобовом прорыве под максимальным огнём, а в физическом подтверждении контроля, зачистке и закреплении на местности. Таким образом, ДШП меняют порядок применения силы. В классической штурмовой модели пехота является главной боевой силой: она выдвигается на позиции противника под прикрытием артиллерии, бронетехники и других средств поддержки. В дроново-штурмовой модели пехота становится завершающим элементом операции. Основная нагрузка первой фазы переходит на беспилотные системы, которые обнаруживают, корректируют, поражают и заставляют противника реагировать ещё до появления штурмовой группы в непосредственной близости. Именно это изменение позволяет существенно уменьшить время пребывания личного состава под прямым огнём противника. Принципиальное отличие ДШП от обычных подразделений БПЛА заключается не только в количестве дронов. Классические подразделения беспилотных систем в основном работают как разведывательные или огневые компоненты, которые поддерживают действия других частей. Дроново-штурмовые подразделения имеют другую логику: оператор дрона, разведчик, пехотинец, артиллерист, инженер, специалист РЭБ и командир группы действуют как элементы единой ударно-маневренной системы. В то же время новая тактика не означает отказа от пехоты, артиллерии или бронетехники. Это важный момент, поскольку может создаться ложное впечатление, будто предстоящая война – это исключительно война дронов. Так командир 225-го отдельного штурмового полка майор Олег Ширяев в интервью справедливо подчеркивает, что увеличение дроновой компоненты должно уменьшать присутствие пехоты на самых опасных участках, но не может полностью заменить пехотинца. Золотое правило актуально и сейчас – предел контроля проходит там, где стоит нога пехотинца. Дрон может обнаружить, поразить, заставить противника отступить или потерять организованность, но тактический и физический контроль над территорией фиксируется именно пехотой. Поэтому ДШП следует рассматривать не как замену классической боевой модели, а как её эволюционное дополнение. Артиллерия остаётся критически важной для более глубокого огневого воздействия, бронетехника – для отдельных условий манёвра и поддержки, инженерные средства – для преодоления препятствий, а РЭБ и антидроновые системы – для выживания самих дроново-штурмовых групп. Так в январе 2026 года Михаил Фёдоров в разговоре с Борисом Писториусом наряду с презентацией концепции дроново-штурмовых подразделений отдельно подчёркивал важность дальнобойных артиллерийских боеприпасов для работы артиллерии в условиях дроновой килл-зоны. Это подтверждает интегрированный характер новой доктрины. Продолжение ниже ⬇️