Филолог в засаде

Нельзя сказать, что ситуация с тяжёлыми дронами остаётся без официального внимания. В частности, осенью прошлого года отечественные медиа подсвечивали появление в действующей армии "Воганов" и "Мангасов" (смотрите, например, здесь: 21.10.2025, 14.11.2025). Подсвечивали, правда, в традиционно позитивном для официальных медиа ключе. Вот прекрасное для иллюстрации: "Применение нового типа ударных дронов отражает тенденцию к постоянному совершенствованию российских беспилотных систем, которые становятся всё более специализированными и приспособленными к условиям фронта". (Ударные дроны нового типа. Осенью 2025 года. Вполне красноречиво отражает тенденцию. Только иную.) А вот 19-го декабря на "Итогах года" проблему нехватки тяжёлых дронов обозначил Путин, указав, что над задачей работают совместно Минобороны и Минпромторг (которые, правда, в течение почти двух предыдущих лет тоже "работали" над задачей). Что интересно, УПМИ прямо с порога альтернативные предложения не отшивает. Тем более на текущем этапе, учитывая высочайшее официальное заявление. Периодически проводятся практические испытания как на полигонах, так и в зоне боевых действий, теперь уже и с участием представителей войск беспилотных систем. Нюансы в следующем. Есть проблема хронически замедленной реакции регламентирующей бюрократии, которая не позволяет оперативно отвечать требованиям меняющейся обстановки, в результате чего чудесным образом избранные производители подвисают на клепании поделий по устаревшим техническим заданиям. При этом, как показывает практика, при существенных шевелениях внутри системы (в данном случае катализатором стало формирование войск беспилотных систем) эта бюрократия вполне себе в состоянии внезапно порождать новые технические требования. Но проблема здесь не только в том, что даже "новые" требования в той или иной своей части уже могут не соответствовать текущим реалиям (не говоря о заделе на перспективу). Регламентирующая бюрократия упорно практикует жёсткую формализацию стандартов, что само по себе в принципе неконструктивно, даже независимо от фактической актуальности таких стандартов, и тем более при тех или иных несоответствиях изменяющимся реалиям. Плюс к этому, эта бюрократия достаточно регулярно демонстрирует нездоровую зацикленность на вопросе обеспечения универсальности, игнорируя элементарный факт специализированности задач. Соответственно, в процессе отбора отсеиваются варианты, в которых предлагаются те или иные технические решения (например, по каналам связи и помехоустойчивости управления), расходящиеся с формально утверждёнными спецификациями, вне зависимости от реальной эффективности таких решений. Кроме того, альтернативные варианты представлены в определённой номенклатуре, в том числе с вариациями по дальности и грузоподъёмности, с тем, чтобы обеспечить подбор конкретных аппаратов под те или иные виды задач. Но если в тех самых внезапных "новых" требованиях прописана взятая не пойми с какого потолка конкретная дальность и грузоподъёмность, то... это проблема реалий на земле, которые оказываются невпихуемы в регламент, и... работающих на земле людей. Такие альтернативные варианты точно также отсеиваются по формальным основаниям. И всё это уже не говоря о том, что альтернативные предложения могут достаточно выгодно отличаться по стоимости. Причём, что характерно, на гособоронзаказ может удачно наплыть предложение, отвечающее утверждённым УПМИ критериям, но при этом не подкреплённое фактическими возможностями имеющихся сборочных мощностей. Казалось бы, в прошлом году на эти грабли уже наступали, но... рулит формальная регламентация. Вообще, весьма любопытно, в чьих головах и на какой основе родились те самые "новые" стандарты. Они ведь как будто специально созданы для того, чтобы допустить к теме тех, у кого надо нога рука, и незатейливо отсеять всяких "приблудных", т.е. привычно сработать по принципу эксклюзивности и с прицелом на монополизацию. P.S. Набрасывал по конкретной теме, но по факту ситуация с тяжёлыми дронами иллюстрирует целый ряд системных проблем в сфере нашего гособоронзаказа.