Дмитрий Певцов

⬅️ (продолжение) Когда он входил в режиссуру - сначала в театре МГУ, потом в Театре сатиры, потом в Ленкоме - он жадно осваивал все расстилавшееся перед ним пространство. Советы стояли незыблемо и, казалось, навек, а молодость оптимистична, и эту глыбу нужно было разведывать. Для анализа Захаров владел гениальным средством - языком театра, в те годы почти сплошь метафоричного, иносказательного, полного захватывающих подтекстов и опасных аллюзий. Вся Москва ломилась в Театр МГУ на его "Дракона" и "Карьеру Артура Уи". Сцена, где Гитлер садился в ванну, боясь обжечь задницу, слету вошла в историю. Наглядную модель советского пространства Захаров с художником Валерием Левенталем представили в "Доходном месте" Театра сатиры: Андрей Миронов в роли Жадова блуждал в паутине, или лабиринте, или в кругах ада, сооруженного из бесчисленных дверей и канцелярской мебели; выхода из ада не было, и спектакль запретили. Но девиз истинно театрального человека - "проснись и пой". Спектакль с таким названием был антиподом мрачным аллюзиям, его распирало от позитивных энергий, и он стал любимцем публики, напомнив, что можно жить отдельно от политических реалий - получается веселей и чище. Мир - театр жестокий, часто зловещий, и чтобы в нем выжить, лучше всего - смеяться. ЧИТАТЬ МАТЕРИАЛ ПОЛНОСТЬЮ!