Память ― это хитрая ловушка, в которую порой приятно провалиться. Особенно если разработана она искусно и с чётким пониманием своего предназначения. Кристофер Нолан в 2000 году (как, впрочем, и сейчас) прекрасно понимал, что делает ― и со зрителем, старательно пытающимся собрать пазл воедино, и с повествованием своего фильма, старательно пытающимся обмануть смотрящего. Прелесть концепции «Мементо» в том, что режиссёр использует нарратив в качестве художественного приёма, сам способ рассказа этой истории – художественный приём. Это метафора, перифраз, метонимия, всё сразу. Даже тот факт, что в российском прокате спустя столько лет картина по-тихому сменила своё название, наверняка спровоцирует у кого-то ложные воспоминания: «погодите, разве так назывался этот фильм?». Тоже вполне себе художественный приём, только в этом уже вряд ли есть заслуга автора. Но самое главное, что подтверждает пресловутую гениальность Нолана (и, конечно, его брата): если мы распутаем этот хронологически запутанный клубок и выставим события по порядку, всё равно мы не получим прямолинейный криминальный нуар с однозначной идеей. Даже в хронологическом порядке «Мементо» ― это больше игры разума, чем одноимённый фильм с Расселом Кроу. Всё дело в том, что Нолан использует в качестве художественного приёма и саму память. Её ненадёжность, краткосрочность, обрывчатость, иррациональную тягу к заполнению пробелов. В этом плане «Мементо» любопытным образом выстраивается в своеобразную дилогию о памяти вместе с… «Одиссеей». Да, новейший эпик Нолана только собирается выйти в мировой прокат, но параллель между фильмами с разницей в 26 лет хочется провести уже сейчас. «Мементо» ― это исследование индивидуальной памяти, субъективной, укоренённой в современность, то есть здесь и сейчас. «Одиссея» ― это исследование коллективной памяти, исторической, укоренённой в культурный код человека, который во многом состоит из древнегреческих мифов и других классических геройских эпосов. Герой Гая Пирса до просмотра фильма нам не был знаком, за его ментальной кондицией мы наблюдали с медицинским любопытством. История Одиссея у нас уже давно лежит на подкорке. Если в «Мементо» мы на два часа проникаем в частное сознание, то просмотр «Одиссеи» уже нам позволит на три часа примкнуть к общемировой истории, воздействуя на память, передающуюся из поколения в поколение. И она ведь тоже может быть ненадёжной, кратковременной, обрывчатой и тяготить к заполнению пробелов приукрашенными фантазиями или даже чьим-то злым умыслом. Так что, пожалуй, именно «Мементо» из всей насыщенной фильмографии Кристофера Нолана стоит пересмотреть перед «Одиссеей». Благо, такой шанс у нас как раз сейчас есть, да ещё и в новейшей реставрации. «Мементо» в повторном прокате с 2 июля (by @inoekino). #ChristopherNolan #movie_review