Давление, может, и не подскочит, но пульс точно участится во время просмотра нового исторического триллера Энтони Мараса, который на полтора часа успешно развеет тучи сомнений над жанром военного кино. Австралийский режиссёр, до этого разложивший по косточкам серию террористических атак в Мумбаи в 2008 году, в этот раз взялся за хронику нескольких судьбоносных дней до открытия второго фронта в борьбе с нацистской Германией. Возможно, не тот фильм назвали «Домом из динамита», потому что тут посиделки на пороховой бочке похлеще, чем у Кэтрин Бигелоу. «Давление» переносит зрителя в июнь 1944, когда союзные войска замерли в боевой готовности перед исторической высадкой в Нормандии. Военачальники всех армий ждут указаний генерала Дуайта Эйзенхауэра (Брендан Фрейзер), но тот не может отдать приказ к самой масштабной морской операции в истории, пока не убедится, что погода будет на их стороне. Тогда в распоряжение Эйзенхауэра по личному совету Черчилля прибывает лучший метеоролог Великобритании Джеймс Стэгг (Эндрю Скотт). Его не волнуют старые аналоговые карты циклонов и закономерности других лет, на которые привык полагаться американский коллега-метеоролог Ирвин Крик (Крис Мессина). Стэгг берёт под контроль весь отдел, отлично понимая, что любой неверный показатель атмосферного давления или направления ветра может привести к катастрофе немыслимых масштабов. «Давление» продолжает идеи «Оппенгеймера» и «Игры в имитацию» о том, что войны выигрывают умом, а не грубой силой. Подобно «Дюнкерку» и «Тёмным временам» Энтони Марас избирает концептуальный подход к демонстрации военного дела, выстраивая весь процесс стратегирования грядущего нападения вокруг наблюдений за погодой. Казалось бы, откуда здесь появиться накалу страстей, но режиссёр умело пользуется замкнутым пространством командного штаба, комбинируя харизматичных персонажей в сцене, как в остросюжетной шахматной партии. Кроме того, вынесенное в название давление здесь не просто предмет постоянных разговоров, но и веский художественный приём: одного придавливает грузом ответственности за свой прогноз, другой оказывается в политических тисках, на психику также давят бюрократия, неопределённость, невозможность поговорить с близкими и в конце концов стены с потолками. Как бы иронично это ни звучало, но погоду в фильме делает именно великолепно подобранный актёрский состав. На лбу Фрейзера проступает вся тяжесть принимаемого Эйзенхауэром решения, сыгравшая ассистентку генерала Кэрри Кондон на сочетании мягкости и строгости прекрасно сбивает пафос от препираний мужских Эго. Но главной стихийной мощью картины является Эндрю Скотт, сыгравший спокойного, рассудительного и дотошного джентльмена, большого профессионала в своём деле. Даже в моментах эмоционального потрясения (во многом для зрителя) Скотт не теряет выдержку, оставаясь тончайшим актёром, который может взять любую драматическую глубину, лишь на секунду сбив дыхание и надломив офицерский голос. Возможно, его лучшая роль в карьере. Как итог, «Давление» ― солидный исторический фильм о войне, не затуманенный военным пафосом, проносящийся на ветрах свежего взгляда на избитый нарратив и с заоблачно талантливым Эндрю Скоттом. «Давление» уже в кино (by @volgafilms). #movie_review