ПАРФЕНТЬЕВ.КЛУБ 🇷🇺

Увы, последнюю пару дней обстоятельства не очень позволяли много писать. Но я обязательно отвечу на самые интересные и важные ваши вопросы (а вы пока можете еще пополнить их коллекцию – тем более, что среди них много действительно очень ценных!) 🔼 Но все же понемногу начну отвечать – и начну с необычного вопроса, прямо богословского. Отвечать буду с христианской точки зрения (она же, как обычно в таких случаях, и моя глубоко личная). Нет, ошибочно считать, что праведная и благая жизнь непременно приводит к счастью, здоровью и легкой кончине в земной жизни. Это было бы слишком просто и прямолинейно, немного, что ли «по-детски». Если бы было так, Сам Господь не прошел бы страдания Гефсимани и Креста, а воссел бы на престоле, как («по-детски») и ожидали в начале, кстати, его ближайшие ученики – апостолы. В реальности все глубже и сложнее. И выглядит примерно так: Когда первые люди согрешили и утратили Рай, «грех вошел в мир, и грехом смерть» (Рим.). Смерть в самом широком смысле – тленность, подверженность болезням, страданиям и, в конце концов, собственно смерти. До Христа ужас состоял в том, что все это было просто следствием утраты общения с Богом. У смерти и страдания не просматривалось никакого смысла – это была просто боль и конец, с совершенно, кстати, неясными перспективами (о посмертной судьбе людей Ветхий Завет говорит очень туманно и смутно, и не особо привлекательно). Иными словами, человек оказался погружен в пучину боли, мучений, страданий, обречен на смерть. И – и это самое главное – все это было чистым ужасом, лишенным всякого смысла. Самая главная книга Ветхого Завета о страдании – Книга Иова – один из самых сложных ветхозаветных текстов. Праведный страдающий Иов, в конце концов, находит ответ на свой вопль к Богу о своих бедах – но не то, чтобы этот ответ был хорошо понятен… если мы читаем этот текст не из перспективы Евангелия. Христианство меняет в этой картине примерно все. Но нет, оно не приносит уверовавшим, праведным людям, христианам, земную свободу от смерти, страдания и болезней. Как не приносит оно автоматически земную свободу, скажем, от угнетения и несправедливости со стороны других людей (которые, кстати, тоже являются следствием того самого греха – и смерти с тлением). Но оно целиком, на 180 градусов, меняет перспективу, в которой все это происходит. Страдание Христа – это явление Божьей любви к человеку. Христос – новый Адам, в Своем Человечестве – самый праведный и совершенно безгрешный человек – и Он принимает страдания ради нашего спасения по своей воле. Это тяжелое страдание – это видно из моления о чаше: все в человечестве Христа как бы протестует против ожидающего Его испытания Креста. Тем не менее, Он соглашается на него – ради нас. И это страдание, муки и смерть – не бессмысленны. Они спасают и искупают весь мир – и кончаются они Воскресением и торжеством Царства Христова, то есть спасением, жизнью вечной и полнотой смысла и радости. В Церкви мы соединяемся со Христом – становимся «потомками» Нового Адама, находимся с Ним в живом и непосредственном единстве. И все, что происходит в нашей жизни, таким образом, вписывается в Его Богочеловеческую перспективу. Наши страдания, проблемы, наша боль – и сама наша смерть – больше не бессмысленны и не смотрят во тьму. Если мы выбираем Христа, они обретают смысл в Нем, в Его Кресте – и воскресении. Я бы не говорил о том, что люди «принимают на себя грехи других» - но я бы сказал, что они становятся причастны к тому, как их на Кресте принял на Себя Господь. Правильно принимаемые страдания способны быть – и становятся неким соучастием в Божественной тайне спасения мира и человека, обретают совершенно новую ценность. Это не значит, что христианин должен, как мазохист, стремиться к страданию или мучительной смерти – вовсе нет. Но это значит, что, когда страдание и даже мученичество оказываются на нашем пути, они способны стать особы даром – явлением любви Христа – стать дополнительным шансом на особое, глубокое единение с Ним. Способны стать для нас крестом, в котором мы становимся очень глубоко причастны Кресту Христову. И именно так и относились к своим испытаниям и страданиям многие святые. И именно об этом говорили те святые, которые называли страдания, встречаемые христианином в жизни, «посещением Божьим» или особым даром Божьим. Кстати, именно поэтому таинство Елеосвящения (Соборования) – оно же «таинство больных» – в богословии Церкви, как считается, приносит один из трех возможных плодов: или исцеление, или силы для правильного благодатного перенесения страданий болезни, или приготовление к благодатному, достойному христианскому завершению земного пути. И Богу виднее, что именно из этих трех нам нужно в конкретной ситуации. Повторю – это вовсе не значит, что надо быть мазохистом, хотеть страдать или стремиться побыстрее умереть. Христианство вовсе не про это – не стоит забывать, что это, не в последнюю очередь религия радости и жизни, а не уныния и смерти. Вполне нормально и естественно хотеть жить подольше и посчастливее, и предпочитать отсутствие страданий, особенно тяжелых, встрече с ними. Но если случается так, что мы их все же встречаем, это показывает нам такую встречу совершенно с новой, уникальной стороны – как дар особой встречи с Тайной Креста Христова – а значит, и с Тайной Его Воскресения и Светом Его Царства. Примерно так. P. S. Добавлю - соглашаясь с интуицией Натальи, задавшей этот вопрос: болеющий, страдающий человек рядом с нами - это также и особое явление Бога и Тайны Креста и для нас. Это уникальная возможность помочь ему (а в его лице - самому Христу) в несении Креста, возможность послужить в любви - совершая небольшие и большие подвиги помощи, заботы и милосердия по отношению к ближнему. И это тоже всегда очень важно. Независимо от того, насколько страдающий праведен. 😊