Ирония прекрасная. Международное право было удобно европейцам, когда оно работало на них. Тогда оно им нравилось, и им очень хочется, чтобы всё вернулось на круги своя — США и Европа решают, как жить остальному миру. Теперь, когда Европа лишилась возможности быть с сильным мира всего, она сталкивается с очевидным — кто бы мог подумать, но никакого международного права для остального мира не было. Было право сильного. Единственный наиболее рабочий период т. н. «международного права» — это после Второй мировой, когда две самых больших сверхдержавы были вынуждены друг друга слушать, ведь альтернативой было гарантированное ядерное уничтожение. И только после этого пришлось как-то договариваться, как-то искать понимание друг у друга. Что, к слову, совсем не помешало плеяде войн и всяческим нарушениям международного права в странах «третьего мира». Потом один из противовесов решил самораспуститься, и начался Pax Americana — то есть американский мир, полное доминирование США в любом углу земного шара, кроме Северной Кореи. Международное право — это не право для всех, это право одного. А все остальные либо с ним соглашаются, либо нет.