С Ираном никто не знает, что делать. Для США и Израиля протесты сами по себе — это хорошо. Но только сами по себе. Если они исчезнут окончательно, то режим аятолл будет слишком легко дышать. Если же протесты победят, то придется решать много проблем. Сейчас Иран находится в крайне "рабочем" состоянии для Израиля и США. Еще 6 лет назад Тегеран выстраивал и выстроил ось шиитского сопротивления, куда входили ручные отряды Ирана по всему Ближнему Востоку. Это и ХАМАС, и про-иранские боевики в Сирии, и хуситы, и ливанское сопротивление. После активной войны Израиля последних двух лет все эти щупальца были отрезаны. Теперь Иран в геополитическом смысле откатился на 15 лет назад. При этом в стране все еще развитые вооруженные силы, развитые силовые структуры, тот же КСИР. К режиму аятолл претензии есть, к слову, не только у гражданских — те критикуют правительство за плохую экономику и социалку. Офицерство критикует руководство Ирана за "неправильную" войну с Израилем и за последние потери в войне с сионистами. Может быть, режим аятолл устоит и в этот раз — но это уже все переходит в разряд случайностей или черных лебедей. Сегодня режим устоит, а завтра начнутся очередные протесты из-за очередного подорожания или отключения электричества. Рано или поздно власть свалится, ведь аятоллы не стараются объяснить себя перед народом. Шиитская республика при потери власти пойдет вразнос. Что-то подобное уже было в Ираке — американцы успешно провели наземную оккупацию, стремясь превратить Ирак в демократию. Вышло чуть хуже — никакого Ирака теперь нет, а оставшиеся офицеры Саддама поголовно ушли в боевики, где создали запрещенный ныне ИГИЛ. Такие вот дела. Превратить Иран в Сирию вполне вероятно — здесь есть и национальные анклавы в лице тех же курдов, и множество локальных группировок, и генералы КСИР с деньгами и своим видением правильного ислама. С одной стороны, это безусловный успех Израиля и США, и публично они так об этом и скажут, но в реальности — огромная головная боль. Ведь по какой-то причине все демократические силы и протестующие, которые за все хорошее и против всего плохого, всегда в конце оказываются съедены силами более зловещими и реакционными, чем прошлый правящий режим. Договариваться или вести дела придется именно с последними, не с первыми. Идеалисты — первый корм для любой революции.