🏠🏠🏠🏠🏠🏠началась карьера многообещающего архитектора — и вскоре загадочно оборвалась Чертежи этой постройки в 1906 году составил архитектор-художник Людвиг Людвигович Шретер, обаятельный красавец, умелый рисовальщик, зять Леонтия Бенуа. В отделке здания использованы не только привычные для окраинного района штукатурка и пудостский известняк, но и более дорогой финляндский гранит. Да и декор фасада куда элегантнее, чем у большинства соседей близ набережной Обводного. В парадной дома вас встретит белая кафельная печь, кроме того, тут сохранились традиционные для старого фонда плитка, перила и несколько оригинальных дверей. А теперь об архитекторе. Как и у многих петербургских немцев, его полное имя было монументальным: Людвиг Франц Антон Фридрихович-Карлович-Людвигович Шретер. Изучать архитектуру он начал в мастерской Леонтия Бенуа в Высшей художественной школе при Академии художеств. Окончил ее в 1904 году в составе «золотого выпуска» студентов Бенуа, вместе с Николаем Лансере и Михаилом Дубинским. В мае 1905 года Людвиг Людвигович женился на дочери своего учителя Екатерине Бенуа, и совершил вместе с ней путешествие во Францию, где молодые в компании Александра Бенуа и круга «мирискусников» отпраздновали свадьбу во второй раз. Вскоре у пары родилась дочь Марианна. В 1906 году Шретер получил свой первый частный заказ на строительство доходного дома Белова на Можайской улице и параллельно работал над несколькими проектами вместе с Бенуа. Казалось, Шретер вот-вот станет частью столичного архитектурного бомонда, у него были для этого и связи, и талант. Но 28 июня 1911 года Людвиг Людвигович умер в возрасте 33 лет, оставив жену и четверых детей, а также незаконченные проекты. Обстоятельства его кончины покрыты мраком. Хотя и Леонтий Бенуа, и его брат Александр вели дневники, они не упоминают об обстоятельствах смерти своего родственника. Единственное объяснение появляется в эмигрантской прессе 1920-х: якобы в 1911 году Шретер, отец большого семейства, во время очередной поездки в Париж прокутил не только собственные средства, но и деньги своей матери, и, вернувшись в Петербург, застрелился, не вынеся позора. История странная, но отчасти находит подтверждение. По крайней мере, причиной смерти архитектора в метрической книге прихода святого Михаила указано «огнестрельное ранение головы». Сохраняйте себе истории #домвкотором@paperpaper_ru, чтобы видеть историю зданий за фасадом. 📍Можайская, 33 Текст был написан для рассылки «Истории петербургских домов и их жителей» краеведов Эли Новопашенной и Алексея Шишкина.