Когда-то давно писал подводку к этому роману, тогда еще не переведенному на русский, но тут нынче какое дело неуважаемое — книга выходит, но и обложка нейросетевая, и москиты из юга американского стали комарами сибирскими. Кто же знает, насколько глубока эта заводь. Потому, оставим все как раньше: В своих интервью Фолкнер не всегда однозначно отзывался об «Улисс» — понятно, какая книга вершила литературу своего времени, а у стилиста всегда любят поинтересоваться о другом стилисте. Мнения варьировались по настроению — иногда труд Джойса был мастерской работой, иногда пустым стилем, а иногда Фолкнер отмахивался тем, что вообще не читал его и не понимает, о чём речь. Истина всплыла после его смерти, когда дома у писателя обнаружился исписанный «Улисс» — его тайный догмат, с которого он учился стилю и на который опирался как маленький мальчик на табуретку, чтобы подтянуться к окну, обещающему красочный мир за ним. Истина всегда таилась в молодости автора, когда он, полный надежд, но грубого деревенского опыта, отправился в Париж, к своим воображаемым единомышленникам. Бродя по нему, смотря на, как оказалось, не близкую ему местную богему, морально подрываясь как гомофоб при виде однополого поцелуя в супергероике от Марвел, он написал натуральный дисс-роман на всех голословных интеллигентишек. Возмущение Фолкнера просочилось и в название книги — Москиты. Москиты, что могут только сосать и плодиться. Такова подлинная ярость, предваряющая его «Шум и ярость». Гнев нуждался в своём обуздании, а «Москиты» — первая попытка, где автор и высмеивает богему, неспособную к действиям и зацикленную на голословии. Немного отдаёт морализаторством, конечно, но стоит ли включать зануду, рассматривая резкие мазки кисти будущего мэтра и его итоговое принятие этого «голословия»?