✌️🇵🇸Палестина, Иран и Ближний Восток🇵🇸✌️

@palinforu · news · Russian · active

https://t.me/+d5Oq7em7RGZiZjRi

Subscribers 25.1K Subscribers, last 30 days: 25.1K → 25.1K +0 24h
Reach per post (ERR) 6.0%1.5K avg views
Posting 14.5/day last 13 hours ago
Reactions per 1K views 22.5 💔 ❤ 👍
  1. 💥КСИР: "В ходе операции баллистическими ракетами были нанесены удары по технической и ремонтной инфраструктуре, а также местам размещения боевых самолётов противника на двух американских авиабазах — «Малек Хусейн» и Муваффак Салти в Иордании. Им был нанесён тяжёлый ущерб. КСИР предупреждает: агрессия и преступления не помогут врагу ослабить контроль Исламской Республики над Ормузским проливом. Каждый новый удар получит ещё более сокрушительный ответ"

  2. Дополнительный символизм этому результату придаёт то обстоятельство, что он был достигнут во Флориде — штате, где республиканцы на протяжении многих лет делали нападки на «социализм» одним из ключевых элементов своей политической риторики. Более трудное испытание — в ноябре Несмотря на убедительную победу внутри Демократической партии, на основном этапе выборов Никсон предстоит гораздо более сложная борьба. В последние годы Флорида превратилась из «колеблющегося» штата в республиканский оплот. Эшли Муди уверенно выиграла праймериз Республиканской партии и подходит к ноябрьскому голосованию в статусе явного фаворита в борьбе за сохранение мандата. Поэтому политическое значение победы Никсон может заключаться не только в том, сумеет ли она завоевать место в Сенате, но и в сигнале, который итоги праймериз посылают руководству Демократической партии. Кандидат с чётко выраженной левой повесткой, открытой позицией по Палестине, поддержкой реформ в сфере здравоохранения и отказом принимать средства AIPAC сумела с убедительным отрывом победить гораздо более известного и лучше финансируемого соперника. Ноябрьское голосование покажет, способна ли подобная повестка выйти за пределы прогрессивного ядра Демократической партии и найти отклик у более широкого круга избирателей в штате, политически тяготеющем к республиканцам, или же эта сенсация так и останется в рамках внутрипартийного голосования.

  3. ☑️Сенсация во Флориде: выступающая в поддержку Палестины демократическая социалистка победила кандидата, поддержанного партийным руководством Представительница прогрессивного крыла, член Палаты представителей Флориды Энджи Никсон одержала неожиданную политическую победу на праймериз Демократической партии и получила право участвовать в выборах в Сенат США. Она обошла Александра Виндмана — бывшего офицера американской армии и одного из ключевых свидетелей в ходе процедуры импичмента президента Дональда Трампа в 2019 году. Никсон получила около 56% голосов, тогда как Виндман — примерно 44%. В ноябре она встретится на выборах с действующим сенатором-республиканцем Эшли Муди. Муди считается безусловным фаворитом в штате, который в последние годы заметно сместился в сторону республиканцев. Однако ещё более примечательным оказался разрыв в ресурсах двух кампаний. Никсон, состоящая в организации «Демократические социалисты Америки» (Democratic Socialists of America, DSA), вышла на заключительный этап праймериз, располагая значительно меньшими средствами, чем её соперник. К концу июля финансовые ресурсы её кампании составляли около 975 тысяч долларов, тогда как у Виндмана было 16,3 миллиона долларов — почти в 17 раз больше. Преимуществами Виндмана были общенациональная известность и более весомая поддержка со стороны руководства Демократической партии. Никсон же опиралась на профсоюзы, церкви афроамериканских общин и сети прогрессивных активистов. Кроме того, она сделала ставку на экономическую повестку, ориентированную на рабочий класс. Согласно анализу газеты The Washington Post, особенно высокие результаты Никсон показала в округах с более низкими доходами населения и меньшей долей жителей с высшим образованием, а также в районах с высокой долей чернокожих избирателей. Это обеспечило её кампании более широкую, чем ожидалось, электоральную базу. Палестина — в центре политической повестки Никсон Никсон занимает недвусмысленную позицию по войне в Газе и политике США в отношении Израиля, что отличает её от многих традиционных кандидатов Демократической партии. В ноябре 2023 года во время обсуждения в законодательном собрании Флориды Никсон выразила протест в связи с числом погибших палестинцев в Газе и спросила, сколько ещё людей должно погибнуть, прежде чем бомбардировки будут прекращены. На видеозаписи, получившей широкое распространение, она также подвергла критике увязывание политической позиции по войне с расчётами, связанными с финансированием избирательных кампаний. В одном из недавних предвыборных выступлений Никсон связала расходы США за рубежом с социальными кризисами внутри страны. Она раскритиковала продолжающееся направление средств Израилю и одновременно выступила за всеобщий доступ к медицинской помощи, бесплатное государственное образование и облегчение долгового бремени американцев по студенческим займам. В ходе кампании Никсон также подчёркивала, что не принимает средства от Американо-израильского комитета по общественным связям (AIPAC) — одной из наиболее влиятельных произраильских лоббистских организаций в американской политике. Победа, значение которой выходит за пределы Флориды Победа Никсон имеет значение, выходящее за рамки местной избирательной гонки. Она вписывается в череду успехов, которых в 2026 году добились другие прогрессивные кандидаты на праймериз Демократической партии. Агентство Reuters охарактеризовало этот результат как часть подъёма кандидатов, представляющих крыло, бросившее вызов традиционному партийному руководству. Этот процесс разворачивается на фоне недовольства части демократического электората работой руководства партии и его способностью противостоять администрации Трампа. Победа Никсон стала также значительным прорывом для организации «Демократические социалисты Америки». По данным Axios, она стала первой представительницей DSA, получившей номинацию крупной политической партии на выборную должность общештатного уровня.

  4. ⚡️Сообщения о ракетных запусках из Ирана по американским целям в регионе, в частности, в Иордании

  5. repost

    ‼️🇮🇱 Детоубийца и международный преступник Нетаньяху об израиле: Это национальное государство еврейского народа. У других тоже есть права, но в первую очередь это наше национальное государство. Я не допускал — и не допущу — создания палестинского государства на земле израиля. ☪️ Подписывайтесь на UmmaToday

  6. ‼️По некоторым данным, атака на иранский остров произведена США с территории одной из стран региона

  7. ‼️КСИР заявил о вражеской ударе по острову Ларак, в результате чего погибли несколько граждан Ирана и бойцов КСИР

  8. 🚫🇮🇱🇵🇸 30-летний запас за три года Израильская армия использовала столько же боеприпасов за неполные три года продолжающейся геноцидальной войны в палестинской Газе, сколько за предыдущие три десятилетия, сообщает израильская газета Maariv, подчеркивая растущую нагрузку на личный состав, технику и финансы. Согласно отчету, активность ВВС Израиля за последние три года соответствовала примерно девяти годам операций в обычных условиях, а танки и бронетранспортеры израсходовали тысячи двигателей. Хотя военную технику можно заменить или отремонтировать, Maariv отмечает, что ущерб, нанесенный личному составу, восполнить гораздо сложнее, поскольку всё больше военнослужащих оставляют свои должности или увольняются с военной службы. Число израильских солдат, покончивших жизнь самоубийством с 7 октября 2023 года, достигло 67 человек, причем 17 из этих случаев произошли с января 2026 года, что подчеркивает тяжелый психологический урон, который продолжающийся конфликт наносит военным. Армия ежедневно удерживает на службе в среднем 53 000 резервистов, однако Maariv предупреждает, что в конечном итоге ей придется сократить масштабы развертывания из-за тяжелого финансового бремени и нагрузки на кадры. 📺 Telegram | YouTube | Instagram | Facebook | TikTok | X(твиттер) | WhatsApp | Next | Threads | Сайт

  9. edited

    Палестинская мать оплакивает трёхлетнего сына Тайма, убитого сегодня утром израильским авиаударом по Дейр-эль-Балаху в центре сектора Газа.

  10. edited

    Сегодня утром силы израильской оккупации убили трёхлетнего Тайма Саада Хамдана в Дейр-эль-Балахе, в центре сектора Газа. Его дядя, журналист Ахмед Ганем, оплакал мальчика со слезами, спрашивая, доколе будет литься кровь и где весь мир, арабы и мусульмане, пока продолжают убивать палестинских гражданских.

  11. Пережив одну из самых истребительных войн новейшего времени, движение может постепенно отдать за столом то, чего противник не взял силой. То, чего Израиль не сумел погасить военной мощью и геноцидом, не должно быть сдано мелким шрифтом соглашения, сочинённого в Вашингтоне. Сами аль-Ариан — директор Центра ислама и глобальных дел (CIGA) при Стамбульском университете имени Сабахаттина Заима. Уроженец Палестины; сорок лет (1975–2015) прожил в США, где был штатным профессором, известным публичным лектором и правозащитником, после чего переехал в Турцию. Автор ряда исследований и книг.

  12. Сдержанность сама может быть формой сопротивления. ХАМАС не обязан возвращаться к управлению Газой: отказ от прямой администрации способен даже снять противоречие между правлением над осаждённым населением и работой организации сопротивления. Оставить власть и оставить сопротивление — предложения разного порядка. Большая опасность в другом. Движение, измотанное войной и взятое в тиски посредниками и державами, могут шаг за шагом превратить просто в ещё одну палестинскую фракцию, ищущую место в избирательном порядке, чей каркас скроили другие. Именно так произошла метаморфоза ФАТХ. Одну уступку оправдали тактикой, другую потребовали ради сохранения «процесса», третью — как доказательство серьёзности. Организация, созданная освобождать Палестину, стала правящим звеном администрации, действующей под оккупацией. Новое сближение с давними соперниками из орбиты ФАТХ относится к тому же ряду. В августе ХАМАС встречался с представителями блока «Демократическая реформа» бывшего главы превентивной безопасности Газы Мохаммеда Дахлана — контакты, которые представитель ХАМАС подтвердил «Аль-Джазире», — в преддверии палестинских законодательных выборов, назначенных на ноябрь. Несколькими неделями ранее высокопоставленный помощник сообщил, что Дахлан вмешивался в переговоры о разоружении через прямые контакты с зятем президента США Джаредом Кушнером. Политические обстоятельства меняются, и прежние противники садятся за один стол. Но ХАМАС обязан спросить, какой цели служат эти возвращения — и почему силы, ныне требующие его разоружения, выглядят при этом столь спокойными. Стратегическое терпение Защитники нынешнего курса спросят, какова альтернатива. Ответ — стратегическое терпение. Движению под огромным давлением незачем закрывать все вопросы сразу. ХАМАС может исполнить ограниченные соглашения, уже заключённые им, и при этом отказаться выторговывать то, что принадлежит палестинскому народу в целом, — используя паузу для пересборки, пока очертания среды прояснятся. Регион после 2023 года изменился способами, последствия которых ещё не осели. Всё больше аналитиков полагают, что столкновение с участием Ирана, Израиля и США может оставить Тегеран стратегически крепче, чем многие ждали. Вашингтон и Тель-Авив тем временем сожгли колоссальный военный, политический и дипломатический капитал. Сама Газа остаётся под хрупким перемирием; последовательность израильского вывода и разоружения не решена. С какой стати ХАМАСу вести переговоры так, будто нынешний баланс сил дан навсегда? Выборы — законный инструмент народного представительства, и палестинские институты после лет застоя и выветрившейся демократической легитимности остро нуждаются в обновлении. Участвовать в них — одно. Позволить им заново определить отношение движения к сопротивлению — другое. ХАМАС необходимо внятно назвать то, что он ныне считает стратегическими константами, и показать, как в них сходятся вооружённое, народное, политическое, правовое и дипломатическое сопротивление. На такие вопросы нельзя ответить частичными сделками, заключёнными под прессом. Есть время сражаться, время вести переговоры — и время просто держать позицию. А это подчас не более чем отказ делать необратимые уступки под натиском, который сам по себе преходящ. «Потоп Аль-Аксы» обошёлся Газе ценой почти немыслимой. Этой ценой нельзя ни делегитимировать палестинское сопротивление, ни снять вину с тех, кто опустошил сектор. Но величина палестинской жертвы не освобождает палестинских руководителей от стратегического отчёта: движение сопротивления обязано беречь политический вес жертв, принесённых во имя его дела. ХАМАС может оставить управление Газой, идти на выборы при должных условиях и садиться за стол, когда того требует момент, — не позволяя тактическим уступкам, вырванным чрезвычайным давлением, переписать собственные принципы. Там, где своей переговорной школы недостаёт, нужна уверенность поручить торг профессионалам, сохранив за собой право проводить красные линии. Самая тяжёлая опасность для ХАМАС лежит ныне не на поле боя.

  13. Каждая уступка подавалась как порог к следующему дипломатическому прорыву: признание должно было породить взаимность, переговоры — дать государственность, сотрудничество в сфере безопасности — возвести доверие; сам процесс Осло мыслился переходным. Переходное стало постоянным. Поселения росли, оккупация уплотнялась, суверенитет отступал. Нынешний ФАТХ — тень самого себя. ХАМАС стоит изучить этот опыт и раз навсегда отказаться сдавать стратегическую позицию в обмен на обещание будущей взаимности. Западное одобрение не есть палестинская национальная цель. Упущенный рычаг Вторая тревога ближе. Переговоры — это спор интересов, который ведут силой торга. Между тем едва война перешла в дипломатию, ХАМАС не раз был готов выпустить рычаг до того, как взамен закрепит выигрыш — взаимный и такой, который нельзя отменить одним отказом. Освобождение израильско-американского военнослужащего Идана Александера в мае 2025 года преподнесли как жест доброй воли, призванный вновь раскрыть дипломатическое пространство. Но добрая воля на переговорах стоит лишь того, насколько другая сторона готова ответить взаимностью. Главным испытанием стала газская инициатива президента США Дональда Трампа в сентябре 2025 года. В первом ответе ХАМАС согласился освободить израильских пленных — живых и погибших — по формуле обмена и принял передачу управления сектором независимому палестинскому технократическому органу. По более широкому будущему Газы и по коренным палестинским правам движение, однако, настояло: эти вопросы принадлежат всеобъемлющей национальной рамке. Именно такой подход я отстаивал за несколько дней до того, как 3 октября 2025 года был обнародован ответ движения. Когда обмен пленными состоялся и это обязательство было исполнено, ХАМАС следовало бы подумать об отходе от прямых переговоров по вопросам большего порядка. Руководству сопротивления незачем вести всякий торг собственными руками. Можно было доверить его опытным независимым палестинским переговорщикам — людям, сведущим в международном праве, дипломатии, американской политике, израильской переговорной школе, картах и силовых договорённостях, — оставив за собой цели и красные линии. С 1980-х одна из палестинских бед неизменна: революционное право на голос принимают за умение вести торг. При Ясире Арафате это обошлось ФАТХ особенно дорого. Протокол Осло делает асимметрию наглядной. Израиль выставил профильные команды, действующих генералов и искушённого юриста МИД Джоэла Сингера; как позднее признал сам Махмуд Аббас, палестинцы имели против себя «опытную и сильную делегацию», не располагая сопоставимой экспертизой. Переговоры — ремесло. Признать, что движению его недостаёт, стоит несравнимо дешевле, чем делать вид, будто это не так. Вьетнамцы понимали это точно. На долгих Парижских переговорах Ханой держал дипломатию как один из инструментов более широкой военно-политической стратегии: политбюро задавало цели и меру допустимых уступок, а ветераны вроде Ле Дык Тхо вели сам торг. Когда разговор уходил за пределы того, что руководство было готово принять, переговорщикам предписывали вернуться к прежнему соглашению как к основе урегулирования. Искусство состояло в том, чтобы знать, чем можно торговать, что должно устоять и когда компромисс служит цели, а не подменяет её. Больше, чем оружие Вопросы эти стали неотложными, потому что ХАМАС перешёл от разговора об управлении к формулам, касающимся собственного оружия. Недавние предложения предполагают его складирование или передачу в рамках демилитаризации, увязанной с израильским выводом. Израиль отверг этот ход и требует полного разоружения прежде всего. Неужели палестинцам в самом деле должно сдавать оружие, пока танки ещё стоят у границы? Рисунок знаком по годам Осло. Палестинская уступка входит в дипломатическую летопись; Израиль бракует схему как недостаточную; следующий раунд открывается уже с этой уступки, а не с позиции, ей предшествовавшей. Платой за невзаимную уступку почти всегда оказывается новое требование. Потому разоружение задевает не технику, а идентичность движения и самый смысл его существования.

  14. ☑️ХАМАС не должен уступать за столом переговоров то, чего Израиль не взял на поле боя Сами аль-Ариан 28 августа 2026 г. Пока на движение нарастает давление с целью разоружить его и вписать в реконструированный палестинский порядок, ХАМАС нуждается в стратегическом терпении — иначе не сохранить ни независимости, ни самой идентичности сопротивления. Бойцы ХАМАС перекрывают район, пока египетские рабочие и сотрудники Красного Креста ищут останки последнего израильского пленного в квартале аз-Зейтун города Газа. 8 декабря 2025 г. (Омар аль-Каттаа / AFP) В истории освободительных движений есть мгновения, когда требуется мужество действовать, — и мгновения, когда не меньшего мужества требует умение ждать. Операция «Потоп Аль-Аксы» 7 октября 2023 года была решением дерзким: она обрушила те допущения, которыми палестинский вопрос жили годами. Палестина вернулась в средоточие мировой политики. Рухнула иллюзия, что вопрос можно «вести» или обойти. Израиль и его западные покровители оказались лицом к лицу с войной, которую сами себе обещали держать в узде бесконечно. Ничто из случившегося после этого не даёт права переложить ответственность за разрушение Газы с тех, кто её разрушил, на тех, кто им сопротивлялся. Разорение сектора, гибель гражданских, уничтожение домов, больниц, университетов и школ — на совести тех, кто это совершил. Критика палестинской стратегии никогда не должна превращаться в способ обелить исполнителей и их сторонников. Цена принесённой жертвы обязывает жёстче взглянуть на то, как ею распоряжаются политически. Сегодня ХАМАС переживает, быть может, самый трудный переход в своей истории. Движение вошло в «Потоп Аль-Аксы» как организация вооружённого сопротивления. Теперь его силою втягивают в исход, где оно разоружено, отстранено от власти в Газе, вписано в заново скроенную палестинскую систему и посажено на схемы Вашингтона и Тель-Авива — при молчаливом участии региональных посредников. Тактическая гибкость необходима всякому сопротивлению. Но она должна служить цельной стратегии — а не постепенно её подменять. Четыре обстоятельства должны тревожить каждого, для кого независимость сопротивления — не риторика: политическая линия, заданная документом ХАМАС 2017 года; ведение послевоенных переговоров; нарастающий нажим в пользу разоружения; и новое сближение с давними соперниками из орбиты ФАТХ. Политическая ставка «Документ общих принципов и политики» ХАМАС 2017 года, обнародованный задолго до «Потопа Аль-Аксы», повсеместно прочли как попытку явить миру более прагматическое лицо. Движение приняло суверенное палестинское государство в границах на 4 июня 1967 года как формулу национального согласия — отказавшись, однако, признать легитимность сионистского государства и сохранив право на сопротивление. У этой позиции была долгая предыстория. Ещё в 2009 году Халед Машаль, тогдашний председатель политбюро ХАМАС, сказал The New York Times, что его организация «приняла палестинское государство в границах 1967 года, включая Восточный Иерусалим, демонтаж поселений и право на возвращение [палестинских беженцев] на основе долгосрочного перемирия». Документ был политической ставкой: умеренность разорвёт изоляцию и откроет двери в Европе и за её пределами. Европейцы спорили, достаточно ли этого для диалога. Бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр, покинув пост представителя ближневосточного «квартета» — США, Евросоюз, ООН и Россия, — зондировал контакты с руководством ХАМАС и позднее признал, что бойкот после победы движения на выборах 2006 года был ошибкой. Широкого политического открытия, однако, так и не последовало. Отсюда урок. Освободительное движение обязано различать гибкость, обмененную на осязаемый политический выигрыш, и уступки, принесённые в ожидании западного признания. Подлинная опасность — процесс, в котором каждая уступка становится точкой отсчёта для следующей. ФАТХ прошёл этой дорогой десятилетиями раньше.

  15. На протяжении десятилетий, особенно в Соединённых Штатах, израильский нарратив безопасности пользовался колоссальной военной, политической и медийной поддержкой. Западные правительства вновь и вновь повторяют формулу «право Израиля на самооборону», тогда как палестинская история появляется в дискуссии слишком поздно — если появляется вообще. В результате на палестинца ложится странное бремя: он не только вынужден страдать — ему приходится ещё и доказывать, что его страдание имеет право быть замеченным. Для израильтянина 1948 год означает независимость и рождение национального государства. Для палестинца тот же самый год означает Накбу: изгнание, разрушение деревень, беженство и утрату родины. Одно историческое событие. Две памяти. Но политическое и нравственное право на признание даётся им далеко не в равной мере. И здесь заслуживает осторожного внимания понятие коллективного нарциссизма. Это не означает, что израильтяне страдают клиническим нарциссизмом. В социальной психологии так называют защитное убеждение группы в собственной исключительности при одновременном ощущении, что она не получает извне тех признания и уважения, которых, по её убеждению, заслуживает. Это помогает понять странное сочетание: «Мы исключительно сильны». И одновременно: «Мы постоянно под угрозой». Израиль предстаёт одновременно «Голиафом в военном отношении и Давидом — в нравственном»: достаточно могущественным, чтобы господствовать, и неизменно достаточно уязвимым, чтобы оправдывать необходимость этого господства. И здесь становится понятно, почему история с мороженым имеет значение. Не потому, что сама по себе она способна вернуть крайне правых к власти, а потому, что попадает в уже существующий эмоциональный архив, где войны, терроризм, антисемитизм, международная критика и политическая изоляция собраны под одним заголовком: «Они нас ненавидят». Главным неизменно остаётся вопрос: «Что произошло с нами?» Тем временем папки с пометками «оккупация», «блокада», «поселенческая экспансия» и «изгнание палестинцев» словно убраны — или намеренно спрятаны — в ящик, который удивительно трудно открыть. Самая сильная пропаганда — не всегда ложь. Иногда это всего лишь момент, который рассказчик объявляет началом истории. #dr_naz_nassar Назим Нассар

  16. Менталитет осаждённой крепости, политическая ипохондрия и чувство преследования Государство, которое не может избавиться от ощущения, что на него нападают Недавно в СМИ разошлись две истории, связанные с израильскими лидерами. Первая — серьёзная: Биньямин Нетаньяху заявил, что за границей его сын столкнулся с серьёзной угрозой безопасности. Вторая граничит с абсурдом: бывший премьер-министр и нынешний претендент на тот же пост Нафтали Беннет рассказал, что в Хорватии его дочери, по его словам, отказались продать мороженое после того, как продавец узнал, что она израильтянка. Разумеется, между покушением в одном из американских штатов и эпизодом у прилавка с мороженым в Хорватии пролегает огромное географическое расстояние. Однако политически они способны выполнять одну и ту же функцию: «Посмотрите, что они с нами делают». Три десятилетия назад израильские психологи Даниэль Бар-Таль и Дикла Антеби из Тель-Авивского университета описали явление, которое назвали «менталитетом осаждённой крепости». В опубликованном тогда исследовании утверждалось, что среди части еврейского населения Израиля распространено коллективное убеждение: внешний мир вынашивает враждебные намерения в отношении их группы. Позднее появились близкие понятия, в том числе представление о группе как о вечной коллективной жертве, при котором события настоящего воспринимаются сквозь память об исторических преследованиях. Исторические страдания евреев в нацистской Европе были реальны, и их кульминацией стал Холокост. Ужасным было и то, что произошло 7 октября. Но травма способна перестать быть лишь эхом памяти и превратиться в нечто иное. Она может стать линзой. Проблема начинается тогда, когда фраза «Посмотрите, что они с нами сделали» вытесняет другой вопрос: Что было до этого? Ведь десятилетия оккупации, поселенческой экспансии, блокады, насильственного изгнания, политических провалов и повторяющегося насилия не могут не быть частью причинного контекста, в котором возникают новые вспышки насилия. Если историческую камеру включают лишь в тот момент, когда нападают на израильтянина, Израиль естественным образом всегда выглядит обороняющейся стороной. А всё предшествующее почти волшебным образом исчезает. Так менталитет осаждённой крепости превращается в избирательную амнезию в отношении причин и следствий. Когда любое следствие собственных действий воспринимается как очередное проявление преследования, исчезает сама причинность. Следующую стадию я назвал бы — метафорически, а не в качестве медицинского диагноза — политической ипохондрией. Человек, чрезмерно тревожащийся за своё здоровье, может истолковывать любое телесное ощущение как свидетельство серьёзной болезни. Политическая культура способна делать то же самое. Вооружённое нападение: «Они хотят нас уничтожить». Резолюция ООН: «Мир против нас». Студенческий протест: «Новое поколение не читает историю». Решение международного суда: «Африка теперь против нас». А теперь, по-видимому, в досье национальной безопасности попал и продавец мороженого. Всё полностью совпадает с результатами идеологической МРТ. Растущая международная изоляция Израиля — не загадочное явление, свалившееся с небес. Во многом это реакция на саму израильскую политику: оккупацию, расширение поселений, насилие поселенцев и колоссальные разрушения в Газе. Именно здесь совершается главный психологический манёвр: противодействие, порождённое этой политикой, превращается в новое доказательство того, что враждебность к Израилю вечна и иррациональна. Круг начинает подпитывать сам себя: Более жёсткая политика порождает сопротивление и осуждение. Осуждение укрепляет менталитет осаждённой крепости. Менталитет осаждённой крепости вознаграждает политика, обещающего больше силы и меньше компромиссов. Этот политик проводит ещё более жёсткую политику. Она порождает ещё большее сопротивление и ещё более глубокую изоляцию. А затем следует торжествующий вывод: «Видите? Мир нас ненавидит». Но у этого порочного круга есть ещё один участник, которого нельзя игнорировать: Запад.

  17. Older posts