✌️🇵🇸Палестина, Иран и Ближний Восток🇵🇸✌️

Способность пережать проход уже налицо, однако судоходство продолжается в ожидании политического и военного решения. В израильской печати «Yedioth Ahronoth» заявила, что «Ансар Аллах» завершили овладение проливом, имеющим решающее значение для мировой экономики, и передала слова израильского официального лица: происшедшее — «весьма скверное развитие». Тот же источник очертил пределы израильской позиции: Израиль не вмешается, пока сам не подвергнется нападению. Эта формула выдаёт осознание Тель-Авивом опасности сдвига — наряду с стремлением не открывать новый прямой фронт в Йемене, особенно в условиях войны с Ираном, ливанского фронта и уязвимости израильского судоходства в Красном море. Ещё откровеннее высказался израильский источник канала N12: положение в Баб-эль-Мандебе «хуже, чем в Ормузе», ибо «Ансар Аллах» оказались в самой короткой и узкой точке и могут видеть суда невооружённым глазом и поражать их противотанковыми ракетами. Это означает, что контроль над проливом более не требует исключительно дальнобойных морских ракет или сложных систем наблюдения: суда уже находятся в зоне непосредственного наблюдения и поражения с Зубаба и Майуна. Газета «Calcalist» вынесла заголовок: «Хуситы дарят Ирану крупное достижение», связывая падение саудовской альтернативы Ормузу с нежеланием Вашингтона вступать в новое военное столкновение. «Haaretz» расценила овладение Майуном как важнейшее продвижение «Ансар Аллах» к захвату Баб-эль-Мандеба и как дополнительное преимущество Ирана в противостоянии и переговорах с Соединёнными Штатами. Так израильская пресса перешла от разговора об отдалённой йеменской угрозе к признанию рождения новой морской формулы, охватывающей Ормуз и Баб-эль-Мандеб одновременно. Ценность происшедшего не сводится к немедленному закрытию Баб-эль-Мандеба. Обладание способностью контролировать его одновременно с почти полной остановкой судоходства в Ормузе ставит под угрозу поток примерно тридцати миллионов баррелей нефти в сутки и даёт Оси сопротивления новую переговорную позицию. Когда Саудовская Аравия испрашивает американского вмешательства и обнаруживает, что Вашингтон не желает ещё одной войны, возвращение к меморандуму о взаимопонимании оказывается менее затратным, нежели испытание двойного перекрытия — со всем, что оно влечёт: израильским выводом из Ливана, снятием блокады с Йемена и открытием пути политического урегулирования в нём. Именно в этом свете надлежит читать понедельничную встречу в Омане: как заливной отклик на иранский призыв к переговорам, на сей раз подкреплённый тяжёлой дубиной Баб-эль-Мандеба, присоединённой к иранской хватке на Ормузе. Американский отказ вступить в войну на стороне Саудовской Аравии — несмотря на два обращения Мухаммеда бен Сальмана к Трампу с просьбой о военном вмешательстве — даёт зелёный свет серьёзному переговорному пути и одновременно обнаруживает американское и заливное признание невозможности изменить полевую формулу. Более нельзя рассчитывать ни на возвращение Мохи, Зубаба и Майуна воздушной бомбардировкой, ни на силовое открытие Ормуза, тогда как соединение обоих проливов грозит прервать поток около тридцати миллионов баррелей нефти в сутки. Поэтому оманская встреча — не заливная попытка воспрепятствовать рождению нового этапа, а включение государств Залива в этап, который уже начался. Она отражает направление, заданное встречей министров иностранных дел Совета сотрудничества арабских государств Залива с государственным секретарём США 25 июня прошлого года — спустя неделю после подписания американо-иранского меморандума о взаимопонимании — с целью заложить план переворота против этого меморандума. После того как план переворота был испытан и всё достигло своего предела, дело решено: Саудовская Аравия переходит от требования войны к принятию переговоров, Вашингтон воздерживается от эскалации, а Иран входит в переговоры, держа Ормуз и имея йеменского союзника у Баб-эль-Мандеба. Возвращение к меморандуму становится тогда не переворотом против новых соотношений сил, а способом их упорядочения. Насер Кандиль