🔍 Война против Ирана расколола региональный порядок, возглавляемый США. Новый союз — это не «суннитское исламское НАТО» против Ирана. Он способен заложить основу независимой системы безопасности, которая со временем включит Тегеран, Каир и другие столицы. Подписание 7 августа 2026 года в Мекке соглашения о совместной обороне между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном предсказуемо вызвало волну интерпретаций. Три ведущих суннитских государства мусульманского мира, встревоженные стратегическим возвышением Ирана и хаосом, охватившим регион, наконец объединились, утверждали комментаторы, чтобы создать военный альянс, который со временем может превратиться в «суннитскую» исламскую версию НАТО. Такое прочтение лежит на поверхности. Вклад Саудовской Аравии очевиден: огромные финансовые резервы и доминирующее географическое и религиозное положение. Турция предлагает иное — одну из самых мощных в регионе регулярных армий, опирающуюся на оборонную промышленность, которая в последние годы стала заметно более совершенной. Пакистан же привносит, пожалуй, самый весомый актив: крупную, закалённую в боях армию и единственный в мусульманском мире ядерный арсенал. Географически Турция расположена к северо-западу от Ирана, Пакистан — к востоку, а Саудовская Аравия — через Персидский залив к юго-западу. На карте три государства образуют дугу вокруг Ирана. Время подписания, казалось бы, лишь укрепляет эту логику. Соглашение появилось после месяцев войны с участием Ирана, Соединённых Штатов и сионистского режима, а также после иранских ударов по американским базам и интересам в ряде государств Залива. В нём прямо говорится: вооружённое нападение на одного из участников будет рассматриваться как нападение на всех троих. Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан охарактеризовал это положение как технически эквивалентное статье 5 Североатлантического договора, одновременно — и это весьма показательно — подчеркнув, что соглашение не направлено против Ирана или какого-либо другого государства. Речь явно идёт о чём-то большем, чем очередная церемониальная декларация. Однако аналогия с НАТО заслоняет более фундаментальный вопрос: после более чем семи десятилетий подавляющего американского военного преобладания на Ближнем Востоке почему Саудовская Аравия считает, что ей необходимы Турция и Пакистан для обеспечения собственной безопасности? Мекканское соглашение может оказаться не столько попыткой создать новый альянс против Ирана, сколько проявлением постепенного размывания американоцентричного порядка безопасности, доминировавшего в регионе со времён окончания Второй мировой войны. Американской победы не случилось На протяжении десятилетий региональный порядок безопасности, выстроенный вокруг США, опирался на несколько исходных допущений. Соединённые Штаты останутся конечным гарантом своих региональных союзников. Сионистское государство будет обладать подавляющим военным превосходством над любой мыслимой коалицией противников. Арабские и мусульманские государства будут достаточно разобщены, чтобы не допустить появления самостоятельной региональной системы безопасности, способной бросить вызов американскому преобладанию. Все три допущения сегодня поколеблены. Американо-сионистская агрессия против Ирана должна была продемонстрировать подавляющее военное превосходство. В материальном отношении сомнений никогда не возникало: Вашингтон и Тель-Авив обладали колоссальными преимуществами в авиации, разведке, слежении, высокоточном оружии и технологиях. Иран понёс огромные потери. Однако по критерию, который в конечном счёте имеет значение — по политическому исходу, — война стала стратегическим провалом для её архитекторов. Несмотря на неоднократные угрозы администрации Трампа, государство не рухнуло, правительство не было свергнуто, военный потенциал не уничтожен. Главное — Тегеран не капитулировал и не был принуждён подчиниться региональному порядку, спроектированному американцами. Более того, Иран показал миру, что способен наносить ответные удары и возлагать на противников тяжёлую цену. Он раскрыл, пожалуй, свой главный стратегический актив — способность нарушить судоходство в Ормузском проливе и тем самым поставить под удар значительную часть мировых энергопоставок. Через пять месяцев после начала войны Вашингтон уже вёл переговоры об устройстве Ормуза, а Тегеран требовал снятия санкций, компенсации и иных уступок. Иран сумел добиться весьма благоприятных условий в меморандуме о взаимопонимании, подписанном 17 июня 2026 года, и продолжает сохранять серьёзный рычаг влияния, доказывая способность выдерживать агрессию и отвечать на неё. Война, задуманная как восстановление американского и сионистского сдерживания, вместо этого обнажила его пределы. Урок, извлечённый в Эр-Рияде, едва ли сводится к простому заключению, что Иран опасен. Саудовские руководители осознали глубокую слабость системы безопасности, на которую опирались десятилетиями. Королевство не желает превращаться в поле боя, на котором Вашингтон, Тель-Авив и Тегеран сводят свои счёты. Оно не хочет, чтобы его города, энергетические объекты и экономическая инфраструктура становились заложниками войн, сроки и эскалацию которых оно не контролирует, а его выживание целиком зависело от решений, принимаемых в Вашингтоне. В свете этих событий Мекканское соглашение выглядит не столько альянсом против Ирана, сколько ответом на распад американского регионального порядка. Общего врага нет Проблема в том, что ни Турция, ни Пакистан не имеют убедительных оснований вступать в войну против Ирана. Турция и Иран веками соперничали, их интересы сталкивались в Сирии, Ираке, на Кавказе и в других местах. Но соперничество — это не экзистенциальная вражда. Анкаре вовсе не выгодно уничтожение или распад иранского государства. Такой исход мог бы вызвать массовый приток беженцев в Турцию, стимулировать курдский сепаратизм, породить новые вооружённые формирования у её восточных границ, нарушить торговые и энергетические маршруты и спровоцировать очередной раунд иностранного вмешательства в соседней стране. Сам Фидан называл Иран соседом и другом Турции, подчёркивая устойчивость границы, которая по существу не менялась столетиями, и предупреждая о последствиях дестабилизации иранского государства. У Пакистана ещё более веские причины отвергать подобный курс. Его протяжённая граница с Ираном проходит через чувствительный регион Белуджистан, и распад Ирана легко мог бы перекинуться через эту границу, обострив собственные сепаратистские проблемы Исламабада. Главная конвенциональная угроза безопасности Пакистана по-прежнему исходит от Индии, а важнейшим стратегическим партнёром остаётся Китай. Открывать ещё один крупный фронт на западе было бы бессмысленно. Саудовская Аравия, возможно, рассматривает соглашение отчасти как страховку от Ирана. Но это вовсе не означает, что Турция и Пакистан подписались под саудовскую войну против Тегерана. Страна, которая кажется самым очевидным объектом соглашения, — именно та, против которой двое из трёх участников наименее склонны воевать. Если бы речь шла о классическом анти-иранском военном альянсе, это противоречие могло бы парализовать его. Если же цель шире, противоречие становится менее загадочным. Йемен и Красное море ставят схожую проблему. Саудовская Аравия недавно пыталась организовать многонациональную морскую коалицию после того, как атаки хуситов поставили под угрозу судоходство через Баб-эль-Мандеб, Красное море и Аденский залив, особенно после того, как нарушение работы Ормуза сделало красноморский маршрут ещё более важным. Турция и Пакистан заинтересованы в сохранении этих водных путей открытыми и поддерживали усилия по защите международного судоходства. Но это не означает, что кто-то из них готов быть втянутым в очередную саудовско-хуситскую войну. Анкара может участвовать в операциях по обеспечению морской безопасности, тогда как Исламабад особенно обеспокоен тем, что продолжающиеся атаки хуситов по саудовской территории могут вынудить его к конфронтации, которой он предпочёл бы избежать. Защита судоходных путей или саудовской территории — одно дело.
✌️🇵🇸Палестина, Иран и Ближний Восток🇵🇸✌️
Subscribers
25.1K
+0 24h
Reach per post (ERR)
5.9%1.5K avg views
Posting
14.6/day
last 2 hours ago
Reactions per 1K views
22.6
💔 ❤ 👍
Views over time
| When | Views |
|---|---|
| 19 Aug 2026, 17:51 | 0 |
| 10 Nov 2026, 15:29 | 1.7K |
Who shared this post
Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)
Nobody yet.