🚨 СЕМИБОЯРЩИНА: СИТУАЦИЯ ПОД КОНТРОЛЕМ В предыдущем посте «Какую Семибоярщину потеряли!» мы примерили к событиям 1612 года антисоветскую методичку. Теперь дадим слово самим боярам: представим, как выглядела бы их пресс-конференция, если бы они рассуждали в духе «Сынов Монархии». Все заявления вымышлены. Способ рассуждать — позаимствован Слухи о капитуляции московского гарнизона не соответствуют действительности. Об этом заявил глава правительства князь Фёдор Мстиславский на экстренной пресс-конференции в Кремле. За длинным столом разместились представители Семибоярщины. Руки выступающих слегка дрожали — как пояснила пресс-служба, исключительно от возмущения действиями провокаторов. «Все приказы работают. Налоги начисляются. Строительство храмов и замена бордюров ремонт дорог остаются приоритетами. Оснований для паники нет», — подчеркнул Мстиславский. На вопрос, почему из столицы нельзя выехать, он ответил, что дороги ремонтируются. О финансовой стабильности доложил боярин Фёдор Шереметев. Чеканка монеты с именем государя Владислава продолжается. Казна выполняет обязательства перед гарнизоном. «Рубль по-прежнему равен ста копейкам. Никакого падения курса нет». Вопрос, что можно купить на эти сто копеек в осаждённом Кремле, отклонили как попытку посеять панику на продовольственном рынке. Боярин Борис Лыков-Оболенский доложил о борьбе с экстремизмом. Под видом «народного ополчения» действует организованная преступная группа во главе с торговцем мясом Мининым и князем Пожарским. «Незаконное вооружённое формирование, вооружённый мятеж, экстремистское сообщество — статьи 208, 279, 282.1», — перечислил боярин На вопрос, какие требования выдвигают ополченцы, он повторил номера статей. «Установлено распределение ролей: Минин собирал деньги, Пожарский командовал. Версия о самоорганизации народа подтверждает организованный характер преступления». Минину дополнительно вменяется 282.3 — финансирование экстремистской деятельности. Проверяются жертвователи. «Слова “отдал последнее на спасение Родины” будут проверены. В первую очередь — действительно ли последнее». Грамоты с призывами освобождать Москву направлены на экспертизу по статье 280 — публичные призывы к экстремистской деятельности. «Никто Москву не захватывал. Гарнизон приглашён. А вот ополчение никто не приглашал». Дьяк Посольского приказа сообщил, что контакты Пожарского со шведами проверяются по статье 275.1 — конфиденциальное сотрудничество с иностранным государством. Корреспондент поинтересовался, будут ли проверены по статье 275 — государственная измена сами бояре, впустившие иностранные войска. «Прошу не смешивать. У мятежников — иностранные связи. У правительства — международное сотрудничество». За окнами раздались выстрелы. Мстиславский заверил присутствующих, что ситуация развивается в соответствии с планом. Уточнять, с чьим именно, не стал. Пресс-конференция завершилась досрочно. Удержись тогда гарнизон — ещё неизвестно, кого чествовали бы как спасителей государства, кого проклинали бы как смутьянов и какую дату предлагали бы праздновать. У победившей власти наверняка нашлись бы публицисты, объясняющие, почему именно её победа спасла Отечество. Но ни победа над ополчением, ни её официальное прославление не устранили бы причин Смуты. За борьбой претендентов и правительств стояли вопросы земли, повинностей и власти: кто распоряжается богатством страны и кто оплачивает её разорение. Бояре, служилое дворянство, посадские люди и крестьяне имели разные интересы. Призывы к единству не могли отменить этих различий. Ополчение объединило разные силы против интервентов. Но победа над внешним врагом не отменила внутреннего угнетения. Спасение Отечества не тождественно спасению власти его правителей, а освобождение страны от интервентов — ещё не освобождение народа от эксплуатации. Объявить общественные противоречия происками смутьянов можно. Устранить их уголовным приговором — нельзя. Ваши ЦК