Скрытая цена «облака»: ИИ может усиливать выбросы, а не сокращать их Новое исследование в npj Climate Action (Nature) переворачивает привычную картину: экологический след ИИ — это не только электричество дата‑центров и вода для охлаждения. Это исследование действительно ломает привычный шаблон, когда экологичность ИИ меряют только по «зелёности» дата-центров. Давайте разберем, в чём суть и почему дискуссия теперь меняется. Учёные под руководством Уилла Алпайна построили глобальную экономическую модель (GTAP-E-Power) и просчитали 64 сценария внедрения ИИ в разные сектора энергетики. Что показало моделирование? В сценариях, где ИИ одновременно помогает и нефтегазовому сектору, и возобновляемой энергетике, модель выдала дополнительный чистый прирост глобальных выбросов — 0,47–1,8 млрд тонн CO₂ в год. Для масштаба: это примерно 1,2–4,8% от всех мировых энергетических выбросов 2024 года. В чём парадокс? Обычно мы думаем: ИИ оптимизирует процессы, значит, сокращает отходы и выбросы. Но здесь срабатывает экономический механизм, который в экологии называют «парадоксом Джевонса». Суть в том, что когда ИИ делает добычу нефти и газа эффективнее (точнее находит залежи, оптимизирует бурение, снижает себестоимость), ресурс становится дешевле и доступнее. В итоге спрос на него не падает, а растёт — и общий объём добычи увеличивается, что и порождает дополнительные выбросы. То есть технология, которая сама по себе может быть эффективной, запускает цепочку, ведущую к большему потреблению ископаемого топлива. А вот «положительный» эффект от ИИ в возобновляемой энергетике (улучшение прогнозирования генерации, предиктивное обслуживание, оптимизация сетей) в этих расчётах не смог перевесить негативный эффект из нефтегазового сектора. Учёные подсчитали: чтобы «зелёный» эффект от ИИ действительно перевесил «ископаемый», производительность в секторе возобновляемой энергетики должна расти примерно в 4–5 раз быстрее, чем в нефтяной отрасли. Почему это меняет рамку дискуссии? Раньше фокус был на прямом следе: сколько энергии «съедают» серверы, сколько воды уходит на охлаждение. Теперь исследователи предлагают смотреть шире. Они вводят понятие enabled emissions («выбросы, ставшие возможными») — то есть те дополнительные выбросы, которые возникают не из-за работы самого ИИ, а потому, что технология сделала другую деятельность (в данном случае — добычу ископаемого топлива) экономически выгодной. Авторы призывают расширять учёт климатического следа: считать не только прямой след от дата-центров, но и косвенные эффекты от применения ИИ в других отраслях. Что предлагают авторы? Среди идей — ввести регуляторные ограничения на использование ИИ-инструментов именно для расширения добычи ископаемого топлива, сочетать поддержку «зелёного» ИИ с мерами против роста ископаемого сектора, активнее внедрять углеродное ценообразование. МАХ