Острог

Еще один момент, который Хаф чекнул в 1997 году, а Зубок не чекнул даже в 2021, да и в целом русскоязычные (в том числе прописавшиеся в США) исследователи обходят стороной. Принцип демократического централизма предполагал, что делегаты на союзный партийный съезд отбираются в малых республиках компартиями, а в больших — обкомами. При этом даже в больших республиках ехали люди, одобренные первым секретарем республиканской компартии и, соответственно, ему лояльные. Это влияло на ход выборов, но, как правило, республиканские делегации были невелики. Проблемой здесь были большие республики — РСФСР и УССР. Большое количество делегатов, лояльных одному руководителю, могло согласованно голосовать и влиять на итоги выборов — например, смещать первого секретаря, что случилось с Хрущевым. С УССР проблема решалась близкими, лояльными взаимоотношениями между первым секретарем ЦК КПУ и генсеком КПСС. Максимальной близости они достигли в рамках взаимодействия Щербицкого и Брежнева, выходца из украинской же номенклатуры. Щербицкий находил общий язык и с преемниками Брежнева, хотя Горбачеву, например, он был вынужден отдать на съедение своих близких сподвижников, первых секретарей Днепропетровского и Львовского обкомов — что позволило ему досидеть на своем посту до самой смерти. Также лояльность украинцев обеспечивалась институционально — первый секретарь ЦК КПУ был автоматически членом Политбюро, а второй секретарь — членом ЦК. Такого же автоматического занятия должности не имела ни одна другая республика. По отношению к РСФСР же политика была другая: здесь первые секретари обкомов подчинялись напрямую ЦК. Не допускалось создание республиканского аппарата и, соответственно, первого секретаря. В годы хрущевской оттепели при ЦК работало Бюро по РСФСР, но это был именно орган ЦК, а не отдельная политическая конструкция. Горбачев опасался судьбы Хрущева и понимал, что наличие политической надстройки у коммунистов РСФСР опасно для его власти — люди могут легко согласоваться и проголосовать не так, как надо. В то же время для проведения реформ он нуждался в децентрализации управления, а эта децентрализация требовала создания у РСФСР своей компартии. Горбачев противодействовал созданию КП РСФСР как только мог, и когда это стало невозможно, начал усиленно обрастать государственными должностями; тем более что главой компартии РФ стал его оппонент Иван Полозков. Иными словами, создание своей компартии превратило мать-власть Горбачева, партию, в токсичный актив. С немалой долей вероятности мы можем предположить, что и его воля к разрушению власти ЦК и созданию Съезда народных депутатов была выражением стремления купировать опасности, связанные с усилением субъектности России в партийной системе политической власти. А теперь сводим вместе с предыдущим материалом. Светоч либеральной интеллигенции Сахаров в своей конституции предлагает для настоящей демократизации порезати русакiв на четыре части; логика развития Союзного договора в Новоогаревском процессе ведет к предразрезанности РСФСР на три части полосами автономных суверенных республик. И для главы партии и СССР даже перспектива наличия у территориально целостной РСФСР политической надстройки — это кость в горле. Теперь переходим к дешевым спекуляциям и грязным манипуляциям. Наш вывод говорит о том, что победа любой просоюзной силы в любой форме — через ГКЧП ли, через подписание союзного договора, через военный переворот — привела бы к тому, что территориальная целостность России совершенно справедливо воспринималась бы как ПРОМБЛЕМА. И эту проблему союзное руководство, в каком бы виде оно ни существовало, рано или поздно начало бы решать.