Острог

Читатели "Гари" точно знают про книгу «Радикальная политическая теология» Клейтона Крокетта, в которой рассматривает такое явление, как прорыв теологии в политическую действительность после крушения границы между секулярным и религнозным. Крокетт исследует природу теологии как политического явления и в одной из глав рассматривает полемику Л. Штрауса и К. Шмиттом. Согласно Клейтону, переход от эпохи модерна к постмодерну имел следствия и в плане изменения восприятия религии. Если эпоха модерна началась жесткой секуляризацией и становлением гражданских религий, то постмодерн наряду и со своими иными свойствами и особенностями несет с собой постсекуляризм, иными словами, возвращение религии в социальную и политическую жизнь мира. Это замечание позволяет иначе взглянуть на наследие К. Шмитта. Его работы по политической теологии написаны в период бурного развития высокого модерна, и стали основанием одной из модерновых диктатур. При этом политическая теология Шмитта отсылает к религии и квазирелигиозному пониманию политики. Контекст же эпохи постмодерна легитимирует вмешательство религии как религии в политическое пространство. Если искать примеры подобного в нашей реальности, то нельзя не вспомнить события Арабской весны, когда, казалось бы, довольно светским режимам пришли силы разной степени радикальности, но все довольно религиозные. Это и был тот самый прорыв, когда через многолетние границы прорвался ислам, готовый с революционном задором разрушить старый мир.