Читает (и пишет) Остапчук

Недавно в момент очередного эмоционального потрясения мне стало так тошно, что я вдруг ощутила давно забытое чувство. 🖤МНЕ ЗАХОТЕЛОСЬ РИСОВАТЬ ЧЕРНЫЕ ДЫРЫ. Когда я сказала об этом подруге-художнице, ее это напрягло, и она посоветовала мне сказать об этом своему психологу. Меня это не столько напрягло, сколько удивило. Потому что все свое дошкольное детство я обожала рисовать черные дыры. Все сейчас, думаю, представили ребенка, который приходит домой и просто рисует черные дыры каждый день. Причем, никто из взрослых рядом не бил тревогу. Ну интересуется малышка космосом и черными дырами, ну и славно, просто приходилось порой отдельно покупать черные баночки гуаши, потому что она всегда первой заканчивалась в наборе. Вообще черные дыры всегда меня увлекали, потому что они все в себя затягивают. Все кроме меня. В детстве я представляла, как на своем космическом корабле пролетаю возле черной дыры, и в нее летит всякая дрянь. А я наблюдаю. Потому что черная дыра засасывает же не все на свете, а только то, что подлетело к ней критически близко и потеряло свою скорость. 🖤Мне нравилось, что из нее ничто, даже свет, не может вырваться наружу. И если ты пересек горизонт событий, назад пути уже нет. А еще черная дыра — нередко бывшая звезда. В общем, я вернулась к рисованию черных дыр, и мне стало намного легче (сейчас мои подписчики подумают: господи, она уже поехала кукухой…). 🐈‍⬛️Но со мной все в порядке. Было даже занимательно обнаружить, что у меня такие отношения с рисованием. Я перестала рисовать в подростковом возрасте после конфликта в секции художки. И примерно с тех пор саботировала рисование. Мне просто начало казаться это ужасно скучным, тратой времени, то есть никаких ярких чувств к рисованию не было, просто я думала: а зачем? Не хочу. И вдруг это пробудилось во мне через чувство экзистенциальной тошноты в очередном кризисе. Такое вот странное наблюдение.