Это Осетинская!

Все счастливые экономики похожи друг на друга: людям есть что терять и на что надеяться. Когда люди протестуют против дороговизны жизни, а протесты заканчиваются разграбленными магазинами – от галереи Лафайет до семейной лавки, чьи владельцы рыдают от отчаяния, – в экономике явно не все ладно. Но вот что интересно: казалось бы, во Франции государство и так прямо или косвенно уже немало делает для того, чтобы сдерживать стоимость жизни. Например, крупнейшая нефтегазовая компания Total на фоне политического давления и налога на сверхприбыль ввела потолок цен на бензин – теперь ни шагу за отметку 1,99 евро за литр на заправке. Ставки долгосрочной аренды жилья в столице регулируются. Медицина относительно доступна по государственным расценкам (так называемый Сектор 1), а коммерческие цены (Сектор 2) софинансируются системой социального страхования. Стоимость многих частных школ, опять же благодаря контракту с государством, относительно невысока – около 3-4 тыс. евро в год. Сравните с полностью частными школами системы IB или частными школами в США – разница явно будет в пользу Франции. Все эти блага достаются совсем не даром. Во Франции одни только обязательные социальные взносы работодателя составляют около 27% расходов на работника со средней зарплатой – против 7,5% в США. При этом французская экономика почти не растёт: с поправкой на инфляцию рост составил 0,9% в 2025 году, а в 2026-м и 2027-м, по прогнозу МВФ, ожидается лишь 0,4% и 0,7%. В США на эти два года прогнозируют по 2,3%. Сильные профсоюзы не дадут ни правому, ни левому правительству отказаться от уже достигнутых социальных завоеваний. Людей во Франции не станут увольнять без выходного пособия, а 35-ти часовая рабочая неделя не превратится в семидесятичасовую. В ближайшее время остро нужна точка роста – и сейчас ею может стать AI-революция. К примеру, по расчетам экономиста Джейсона Фурмана, инвестиции в вычислительные мощности и программное обеспечение дали 92% экономического роста в США в первой половине 2025 года. Возможным выходом были бы госинвестиции в сферу AI – по примеру Эмиратов и Казахстана: они цифровизуют государство, строят дата центры и снижают налоги для технологических компаний. Макрон, собственно, приходил к власти на идее поддержки предпринимательства и новой экономики. Прорыва не случилось: несмотря на успех Mistral AI, который обеспечил четверть инвестиций в технологические стартапы во Франции, страна уступает и США, и даже Великобритании (7,4 млрд евро инвестиций против 20 млрд в 2025 году). А сегодня лозунги о поддержке технологического предпринимательства вряд ли будут популярны среди бунтующей молодежи, у которой слова об AI не вызывают ничего, кроме тревоги за собственное будущее. Но, как ни парадоксально, именно в следующем избирательном цикле Франции пригодился бы AI-президент – не его цифровой аватар, а реальный Де Голль от технологий. А вы что думаете о ситуации, в которой от налогов и социальных завоеваний, очевидно, никто не откажется, а драйвер экономического роста, судя по всему, только один – это AI? НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЕЛИЗАВЕТОЙ НИКОЛАЕВНОЙ ОСЕТИНСКОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЕЛИЗАВЕТЫ НИКОЛАЕВНЫ ОСЕТИНСКОЙ 18+