Субъективный оргздрав

Культура масштаба Любопытно, насколько эта дискуссия повторяет в региональном масштабе Хакасии ту же тему с экономиками будущего и прошлого. Можно, конечно, делать здравоохранение по-старому - преимущественно на бумажных носителях, вручную анализировать отчёты, сводить отчёты собственноручно и в целом тратить часы на то, что хорошая цифровизация делает секундами. По смыслу это ничем не отличается от выполнение лапаротомии там, где возможно чрескожное дренирование под УЗИ - риски выше, травма серьёзнее, но краткосрочно так дешевле, привычнее и проще. По большому счёту разница для конкретного пациента может оказаться не столь заметной. Но, к сожалению или к счастью, социальная динамика диктует тренды социального здравоохранения. Сколь бы не были активны демографические инициативы, общий тренд развитых государств - это старение популяции и рост потребности в медицинской помощи. По большому счёту выйти в будущее сможет та экономика, которая не будет раздувать штаты медицины пропорционально потребности в медицинской помощи (что в какой-то момент оттянет до половины бюджета страны), но сможет умнее, рациональнее и эффективнее распределить ресурсы без ошеломительного роста расходов на медицину. Это не обязательно значит - применить какие-то глобальные технологические решения, нет. Это подчас означает просто постепенное накопление инструментария, связанного с новыми технологиями, в арсенале здравоохранения. Эффект одного, десяти, сотни компьютеров на медицину в целом невелик. Эффект одной программы, будь то Microsoft word или ультрасовременный мультимодальный предиктивный ИИ - тоже. Ветвление древа принятия решений в медицине начинается настолько близко к корню, что, пожалуй, не одна конкретная технология на уровне одного региона не покажет достоверного эффекта. Эффект инноваций в здравоохранении этапный и накопительный, и, помимо решения собственно клинических задач, подчас довольно скромных в больших масштабах, обеспечивает не менее важный, но трудноуловимый процесс поддержания общего технологического уровня. И то, о чём говорят авторы - это не столько вопрос того, продлит ли конкретный софт жизнь хотя бы одного больного на год. Предметом является готовность систем к применению ИИ-инструментов в целом, понимание их сильных и слабых сторон, оценка возможных механизмов реорганизации в таких системах. Со стороны врачей и пациентов эта готовность уже объективно существует. В Нижегородской области врачей за это, положим, пока скорее наказывают, но уже понятно, что различные функции ИИ востребованы профессионалами практически, и как минимум 60% врачей уже применяет его на практике. Мы начали видеть положительные результаты ИИфикации на дорогих и хорошо оснащённых госпитальных системах, но безусловно понимаем, что этот эффект будет тем выраженней, чем слабее радиологический корпус. Ну а пациентское сообщество и поддерживает в целом применение ИИ в медицине, и активно применяет его самостоятельно. Поэтому, повторюсь, у органов управления здравоохранением есть по большому счёту два варианта - или возглавить процесс новой цифровизации (причём не столько регуляторно, сколько организационно-методически), или наблюдать за тем, как врачи и пациенты перетекают в параллельные системы здравоохранения, выстроенные вокруг минимизации рутинного труда с помощью современных инструментов.