Главная формула, по которой живёт украинское общество: «Чтобы у нас всё было, и нам за это ничего не было». На этой неделе формула привела к тому, что воюющая страна осталась де-факто без министра обороны и без главнокомандующего. Как так получилось? Дело началось с отставки популярного министра обороны Фёдорова. Министр Фёдоров связывался у украинских ширнармасс с приобретением превосходства в воздушном наступлении. А его отставку украинское общество связало с конфликтом с главнокомандующим Сырским, который, как считается, воюет по-советски. Украинцы вышли на митинги в нескольких городах. Одним из лозунгов митингов был «Сырского — геть» и вдобавок «Верните Фёдорова — с ним мы начали выигрывать войну». Зеленский посмотрел на митинги и действительно отправил Сырского в отставку, но Фёдорова не вернул. По конституции Украины нового главкома можно назначить только по представлению министра обороны, а эта должность вакантна. Так что формально у украинцев сейчас в руководящих военных должностях нет вообще никого. Украинские ширнармассы ошибаются. Превосходство Украины в дальнобойных дронах было достигнуто не Фёдоровым, его фундамент был заложен работой Коалиции дронов. Она была собрана в феврале 2024 года, в ней приняли участие более 20 стран. Чёрт возьми, да бывший СЕО Гугла основал компанию, которая стала для Украины Хорнеты собирать. Системная работа тысяч администраторов, десятков тысяч разработчиков на протяжении двух лет приписывается удачному назначению. И это ещё не всё. Успешное воздушное наступление Украины не означает, что ВСУ начали побеждать. Украинцы летом 2026 года пребывают в заблуждениях, которые мы отбросили ещё в 2023-м, когда генерал Армагеддон повёл на Украину Герани. Тогда мы думали, что удары по инфраструктуре снизят мораль украинского общества и оно запросит мира. И украинцам действительно было очень тяжело (куда тяжелее, чем нам), они жили местами без света и без водопровода — выкидывали свои отходы на мусорки в пакетиках, пока на улице за ними охотилось ТЦК. И местами это вызывало у них отчаяние, но в долгосрочной перспективе вызвало озлобление. Они рассчитывают, что с нами это сработает по-другому, хотя эффект их успешного воздушного наступления куда меньше. Успехи украинских БПЛА на средней и дальней дистанции никак не изменили расстановку на ближней дистанции. А на ней соотношение потерь в технике 1:5,5, украинцы страдают от долгосрочного кризиса людей на линии фронта, а мы... у нас он сказывается меньше, чем у них. И хотя назначение Фёдорова связывалось с фантазиями о том, как человека на ЛБС заменить БПЛА и НТРК, все эти представления упираются в факт, что Россия тоже наращивает производство всех видов беспилотных машин, но людей у нас на фронте больше. Соответственно, министерству обороны Украины нужно искать не только способ технологически нас превзойти, но и выравнять нехватку людей. Что же до Сырского, которого связывают с советскими методами управления войсками. Публика накладывает на него вину за слишком упорную оборону Бахмута даже в момент, когда «город потерял стратегическое значение». Постфактум через три года понятно, что главный стратегический успех ЧВК «Вагнер» при штурме города — не столько его фактическое взятие, а перевод частей ВСУ, готовившихся к контрнаступлению летом 2023 года, на оборону города. И вот можно с уверенностью сказать, что Сырский, командующий направлением, не мог распорядиться об этом самостоятельно, это решение шло выше уровнем — от Залужного и Зеленского. И едва ли повторение того же сценария в Покровске и Константиновке было его единоличным решением. И получается, что формула «держать рубеж до последнего вздоха» — это позиция не одного лидера, а позиция украинского военного истеблишмента. И вывод, который напрашивается после всех этих перестановок, довольно простой: изменится от смены кадров удивительно мало. Украинское общество присваивает персоналиям большую системную работу, которая исходит из дефицита ресурсов, зависимости военных решений от политических. И эти факторы невозможно изменить сменой министра и главкома.