Сегодня Егору Просвирнину исполнилось бы 40 лет. Во внешней политике Россия со скрипом делает всё то, к чему Егор и редакция созданного им журнала «Спутник и Погром» призывала. Во внутренней — всё то, к чему относилась с брезгливостью. Когда Егор погиб, кто-то оставил на месте гибели записку «Он научил меня любить Родину». Философия, школа «Спутника и Погрома» действительно учила любить Родину — так, как и надо учить: легко, остроумно и на личном примере. Читатель «Спутника и Погрома» попадал в мир, где внезапно выяснялось, что Россия — это свобода. Не идиотская цензура и беспомощные блокировки в страхе, что кто-то обнаружит чью-то интеллектуальную беспомощность, а гигантский мир русской культуры, не стеснявшейся открыто и спокойно говорить о жизни во всех её проявлениях, от самых простых до экзотических. Без жеманства, ханжества и общения с публикой как с несмышлёными детьми. И что можно также общаться с публикой и сейчас — эмоционально, страстно, зажигательно. С юмором, злостью, живыми чувствами. И не стесняясь сообщать и показывать любые факты и явления, не заблюривать их в прямом и переносном смысле, как будто бы в созданном Творцом мире есть что-то, не заслуживающее познания. Что Россия — это стиль и эстетика. Обложки русского политизированного глянца, сделанного двумя энтузиастами на коленке — лучший в МИРЕ политический дизайн, настолько, что после Спутника просто стыдно было смотреть какой-нибудь Breitbart, позиционировавший себя как главный печатный орган всех американских консерваторов и чуть ли не основной предвыборный сайт одного из кандидатов в президенты мирового гегемона. Оказывается, можно делать яркие плакаты на основе русской изобразительной традиции и притом без отрыва от современной культуры — и они станут новым стандартом оформления публицистики, а также будут висеть в качестве агитационных материалов в восставших регионах. Что русская молодость — прекрасна, русская молодёжь — юна, опасна, красива, любит Родину и свой народ, а кто против — пусть идёт лечит свои тревоги у специалиста. Что быть русским, любить русское и делать русское — не унылая казёнщина, а естественное и живое проявление молодого человека. Что русская молодёжь — не шуганные ушлые хорьки из официальных организаций, а люди, которые будут дерзить и создавать новое. Из среды «Спутника и Погрома» вышли десятки начинаний, от политизированных движений и книжных издательств до клубов читателей (поначалу неплохо взлетевших, но не переживших болезнь роста) и сообществ единомышленников. Можно ли себе представить нечто подобное вокруг любого другого издания? Что не менее прекрасна — русская зрелость, что русские мужчины — не опостылевшие «скуфы» и понурые «бюджетники» с примитивным набором бабских хотелок, а люди самых разных занятий и талантов, но относящиеся к России как к своей стране, где будут жить и они, и их дети. И они готовы за это будущее брать ответственность, а не наперебой нахваливать начальство и повышение выплат. «Спутник и Погром» сообщал каждой своей буквой и каждым пикселем своего плаката, что Россия, русская история, русская сила и величие — не пропагандистская абстракция из школьных учебников, а нечто, что создаётся прямо сейчас, происходит на твоих глазах, и ты, как русский человек, представитель самого обаятельного народа в мире, создавшего самую большую страну на Земле, имеешь все права и все возможности прямо сейчас принять во всём этом участие. «Спутник и Погром» сообщал это текстами, графикой, пропагандой, гуманитарными миссиями, но прежде этого — самой жизнью своего основателя, Егора Просвирнина, обычного парня из Владивостока, создавшего легенду, сидя за компом в реутовской хрущёвке. Сегодня ему могло бы исполниться 40. Тираж его посмертной книги арестован, сайт запрещён, в России не проводится ни одной вечеринки в честь даты, и учитывая перечисленное выше, это, пожалуй, довольно красноречиво говорит о том, где мы все сегодня оказались. Ещё красноречивее — о том, куда стремиться. С днём рождения, Егор! Я пишу этот текст из ленинской комнаты — ты бы оценил такую усмешку судьбы. Мы победим!