НОВЫЙ ЧЕРНОБЫЛЬ. КАК ЖИВЕТ БРЯНСКАЯ ОБЛАСТЬ Авария на Чернобыльской АЭС стала крупнейшей катастрофой в истории Брянской области. Радиоактивному загрязнению подверглось свыше 30% всей территории региона. Больше всего пострадали юго-западные районы (включая Клинцовский). В границах зон радиоактивного загрязнения оказались более тысячи населенных пунктов, в которых проживали сотни тысяч человек. Значительная часть лесов и сельхозугодий на юго-западе региона загрязнена и по сей день. Это была беспрецедентная трагедия для Брянщины. Однако нынешняя ситуация стремительно приближает регион к страшным событиям 40-летней давности. Буквально сегодня я вернулся из путешествия по малой Родине и готов рассказать, как на самом деле там обстоят дела (спойлер: довольно печально). Если в русских столицах любят поговорить про «усталость от войны» (хотя здесь на самом деле устали не от войны, а от дегенеративной цензуры), то в Брянской области эта самая усталость совсем не фигура речи. Атаки украинских беспилотников уже давно происходят в ежедневном режиме. Значительная часть населенных пунктов приграничного Климовского района области фактически стерта с лица земли. Как и в случае с Чернобылем, юг области на данный момент вновь превратился в «зону отселения». Помимо Климовского района, сильно пострадал Погар. Серьезно достается и Севску. Во втором городе по населению в Брянской области, Клинцах, воздушные тревоги буквально каждый день (хохлы в основном атакуют местный ТЭЦ и нефтебазу). Для клинчан сирены уже превратились в фон жизни и часть быта. С оповещением тоже проблемы. Нередко ракетная опасность объявляется уже после ударов. Куда бежать, никто не знает. Никто и не бежит. Подвалы в основном оборудованы для хранения картошки и жизни бездомных кошек. При этом мобильный интернет по всей области отключен с лета. Это, конечно, никак не помогает. Хохлы успешно достают даже Брянск, который находится в более 100 километрах от границы. Интернет по «белым спискам» в реальности выглядит как анекдот. Никакие «белые списки» нигде не работают (ни «Яндекс», ни ВК, ничего). Однако если настроить программу из трех букв с обходом «белых списков», то происходит магия и все начинает работать. Я обучил этой магии родных и знакомых. На Клинцовском городском кладбище уже целый сектор погибших на СВО, который по числу могил почти сравнялся с аллеей героев ВОВ. Сообщения о похоронах бойцов СВО в городском паблике стабильно поступают практически в еженедельном режиме. В Клинцах на домах появилось немало свежих табличек с именами погибших героев СВО. Сам же город сейчас выглядит настолько депрессивно, будто уехать воевать на СВО — едва ли не единственный выход, который есть у горожан. Больше там делать нечего. Либо работать за копейки на автокрановом заводе, либо работать за те же копейки в местной колонии. В городах поменьше ситуация еще хуже. Если еще год-два назад местные жители были недовольны в основном региональной властью, то теперь вопросы накопились и к федеральной. Я, к сожалению, не федеральная власть, но все же «журналист из Москвы». Чаще всего меня спрашивали, когда наконец закончится война. Не менее популярен вопрос, «почему Путин не может убить Зеленского». Ну или почему мы не можем их просто взять и разбомбить. Как вы понимаете, ответов на все эти вопросы у меня нет. Среди местных мер безопасности, помимо бессмысленного отключения интернета, выделяются и достаточно экзотичные приколы. Так, всю площадь вокруг железнодорожного вокзала Клинцов зачем-то огородили заборчиками. На заборчиках висят таблички про «транспортную безопасность». Теперь попасть на платформу можно только через здание вокзала. Но в здании вокзала НЕТ ни металлоискателей, ни досмотра. В чем смысл такой «транспортной безопасности», которая не приносит ничего, кроме неудобства и раздражения, одному Богу известно. Жд-вокзал с заборчиками и есть самая точная метафора запретов в РФ. Вот как-то так обстоят дела в приграничной Брянской области. Это пока не Чернобыль, но еще пару-тройку лет такой войны, и последствия будут сопоставимы.