Русская эмиграция в советские годы интересна нам по двум причинам. Первая сугубо идеологическая: как русские люди жили, творили, любили и созидали в отрыве от Советского Союза. Вторая причина национально-антропологическая: как русские люди существовали, когда у них не было буквально ничего, кроме друг друга. Философ Галковский пишет, что русские — очень государственический народ, а потому им крайне нужна пятая графа в паспорте, потому что иного способа определения национальности русские не знают и не могут вообразить. Отчасти он прав. Однако параллельная Россия созданная русскими эмигрантами в XX веке достоверно существовала. В ней были организации, школы, лагеря для детей, съезды, взаимопомощь, пресса, интеллектуальная жизнь и переживания о судьбе Родины. Первая волна эмиграции воспринимается довольно просто: люди, которые не приняли советскую власть поехали жить в другие страны по своим убеждениям. Ну и молодцы. Куда сложнее тема второй волны эмигрантов. Эти люди имели советский паспорт, часто воевали и в РККА, и одновременно на другой стороне, были остарбайтерами в Третьем рейхе. Часто они лишились Родины дважды: и в 1917 году, и в годы Великой Отечественной войны. И всё-таки после двух мировых войн, после терроров и голодоморов, после концлагерей нацистов и переживаний о выдаче их СССР они имели политические взгляды и представления о лучшем будущем России. О политическом самоопределении второй волны русской эмиграции читайте в новом лонгриде Марка Мертволунина «Изгнанные из рая, или как бывшие советские граждане возрождали Российскую Империю с ветеранским удостоверением РОА». Гапи (можно купить разовый доступ за 100₽) Спонср Трибьют