ОЦ, наверное, стал едва ли не последней площадкой, где еще возможна хоть какая-то дискуссия. Причем между самими же авторами. Монархическое издание как последний бастион свободы слова — само по себе забавно. Такая ироничная примета стремительно сходящего с ума времени. Но мне, Святу Павлову, действительно очень сложно, согласиться с текстом Андрея Фунта выше. Сделаем внутриредакционную дискуссию публичной (потому что можем). Конечно, про эту самую «могущественную корпорацию» сложно говорить всерьез, чтобы не наговорить на статью. Но все же я бы отметил, что, наверное, авторитет армии (любой) утверждается громкими победами над врагом, а не загадочными (а то и прямо скандальными) смертями ее собственных солдат и офицеров. Хотя трагикомичное правило «бей своих, чтоб чужие смеялись» — действует в нашей стране гораздо чаще, чем бы того хотелось. А то и вовсе безотказно, словно автомат Калашникова. Думаю, что главный итог этих четырех лет войны — полная рутинизация конфликта. СВО стала лишь кровавым фоном для тотального падения страны во всепоглощающий старческий маразм. В такой сон склочного и злобного пенсионера на яву, где даже обыкновенная мужская эрекция осуждается если не как терроризм, то, как минимум, экстремизм. В этой реальности эрекция должна быть запрещена. Потому и хочется прямо сейчас взять и улететь с красивой женщиной на террасу за тысячи километров. И пить там дорогое вино, да придаваться дионисийским страстям. Пока эрекцию в стране на самом деле не запретил Роскомнадзор. Вот настолько патриотизм тут стал сродни мазохизму. Но мы, конечно, едва ли куда-то по собственной воле улетим или уедем. Ведь Россия — и есть наша главная любовь. Пускай и стремительно сходящая с ума, будто в фильме Ларса фон Триера. Но если ваша родная мать свихнулась, неужели вы ее бросите? Так что в четвертую годовщину СВО я хочу пожелать ровно одного. Чтобы как можно больше наших воинов вернулись домой со щитом. И еще почтить память всех погибших за Россию. Как же все-таки хочется, чтобы все это было не зря.