День опричника

Двузначная ставка ЦБ до конца 2027-го — признание, что экономика будет ещё долго жить на голодном кредитном пайке. Официальные причины: летние шоки предложения, снова выросшие инфляционные ожидания и скачок бюджетных расходов, на самом-то деле собираются в один контур — фискальное доминирование. Разрыв в 8–9 п.п. между ставкой и инфляцией — это не тонкая настройка, а жёсткое рационирование кредита. Причём рационирование избирательное: льготные кредиты и привилегированные заёмщики проходят через фильтр, малый бизнес и гражданские инвестиции — нет. Высокая ставка не чинит разрушенные мощности. Она лишь делает их восстановление дороже и отсекает тех, кто не входит в список «своих». ЦБ не фиксирует переохлаждения и не видит спада ВВП. Но отсутствие спада ещё не означает здоровья: военное производство маскирует стагнацию гражданских секторов, а инвестиции и потребительский спрос охлаждаются с задержкой. «Не помешать наращиванию производственного потенциала» высокой ставкой невозможно, если одновременно не признать, что бюджетный импульс и льготные кредиты — это тоже денежная политика. Поэтому высокая ставка до 2028 года — это не антиинфляционный маршрут, а способ заморозить экономику в том виде, в котором она нужна бюджету: население «меньше кушает», бизнес выживает на дорогом кредите, ресурсы идут по приоритетным направлениям. Пока фискальные приоритеты не изменятся, ставка будет оставаться высокой, а «временные причины» — регулярно обновляться.