- идеи национальной демократии предполагают определенную политическую модель позиционирования в городе: у нас не должно быть вождизма. Принципы равного права на позицию, даже если она отличается от мнения большинства, станут нашей нормой; внутрипартийная дискуссия будет поощряться. Мы дадим Санкт-Петербургу новые имена общественных лидеров. Публичное принятие позиции плюрализма мнений, но только в рамках контура приоритетов нашего государства, — это тоже часть пути. Конструктивная критика станет инструментом усиления позиции. И, конечно, принципиально выступать за честные выборы как основу выражения позиции народа при формировании представительных органов власти... по сути, за легитимность института власти …, — продолжал я, пока идеолог не прервал меня, эмоционально и громко задав вопрос: — Но почему национальная демократия? — Да всё просто. Помните, как я десять лет назад дебатировал в клубе… с иностранным агентом, экстремистом…кто он еще сейчас…который уехал из страны? Ему тогда молодежное жюри отдало победу... Но я после этого …десятки раз перечитал его текст, проанализировал каждую строчку. Он сделал нам подарок своим текстом по сути сдал всю систему вражьей идеологической работы, направленной на нашу молодежь. И даже сейчас они действуют строго по этой методичке. Национальная демократия — это мой вывод- контрплатформа…с помощью которой мы сможем отразить идеологическую атаку, которую враг начнет к 2030, а может, и раньше. Понимаете теперь почему? Вообщем я подробно сейчас объясню... — сказав это, я замолчал и стал пристально смотреть на идеолога. Продолжение следует...
✍️ОПЕРЕЖАЯ СЕГОДНЯ
Литературный дневник создателя русского преемника Биткоина — Златника. Главные тезисы философско-идеологической концепции «Опережая Сегодня» рождались в этих постах.
-
edited -
— Время есть, только давайте заедем куда-нибудь кофе попьем, а то я промерз, — сказал идеолог. Мы зашли в первое попавшееся кафе на улице Декабристов, заказали по американо, и я начал представлять ему откорректированный план. — У нас не остается теперь никакого пути, кроме как создавать настоящую организацию, но есть нюансы: это будет не публичное ядро регионального отделения, а вся внешняя повестка должна быть строго выверена с федеральной программой партии. Пока идеи концепции «Опережая сегодня» не будут приняты федеральным руководством, мы должны провести глобальное практическое социальное тестирование, чтобы понять, как питерские идеи воспринимаются молодежью и гражданами из регионов … и сможем ли мы вообще убедить, что финансовый суверенитет является основой патриотического вектора ? И самое главное… диалог с гражданами вокруг наших идей способен противодействовать планам захвата политической повестки западными глобалистами? Это очень важно… и нам это нужно понять не теоретически. Предлагаю взять за основу философию национал-демократии в части освобождения гражданской энергии как инструмента контрпропаганды. То есть, по сути, мы покажем, что размышления о свободе и правах будут использованы врагом, чтобы дестабилизировать внутриполитическую ситуацию… а наше мнение, что главная свобода современной России может быть только одна — это свобода от финансового рабства! А за дестабилизацией и раскачкой стоит попытка захвата природных ресурсов и недр транснациональными корпорациями западных глобалистов. И еще… — я замолчал и пристально посмотрел на идеолога. — Мы… должны вернуть природные ресурсы и недра народу… и сделать это… в рамках экономических идей о пополнении пула ликвидности национальной криптовалюты «Златник». Мы предлагаем модель Арабских Эмиратов, где гражданин знать не будет проблем с жильем… никакой ипотеки… счет при рождении… Полностью возьмем за основу наш законодательный каркас, это и будет главной целью нашей организации— воодушевленно говорил я, но идеолог меня перебил: — Андрей Юрьевич, этого мало. Есть еще ряд принципиальных вопросов, на которые мы должны дать ответ. — Я понимаю, но начнем мы с этого. Без акцента на возврат недр народу всё не имеет смысла. А теперь — как будем действовать практически… Презентуем книгу, запустим работу «Ледокола», чтобы понять, являются ли идеи «Опережая сегодня» идеологическим инструментом для молодежи; через туристические потоки пустим идею по регионам, сделаем бесплатную выставку… будем общаться с людьми. Дальше я считаю, что переговоры с внутриполитическим блоком города пускай проводит лидер партии, мы просто к его приезду создадим структуру с местными отделениями в районах…я скоро начну разрабатывать проект организационной структуры ядра регионального отделения … и это еще не все … Продолжение следует…
-
— Всё это понятно… Главный вопрос: как обыграть тех, кто, вцепившись в кресла, выжигает, как огнеметом, любую возможность конкуренции вокруг себя? Любые разговоры и переговоры с ними, если наша позиция не будет подкреплена их выгодой, ровным счетом ничего не будут значить. Ведь у них есть политологические выводы экспертов для федерального центра, результаты социологических исследований, которые обоснуют любую позицию, государственная номенклатура и монополия на публичный патриотизм. Понимаете? Ведь «Златник» — это не криптовалюта, это новая идея: консолидации, финансового суверенитета, победы! И я реально верю, что идеи концепции — единственный путь России. Да, много дискуссионного, много надо обсуждать, спорить… Но нет никакого патриотизма, если не ставить во главу идеи возврат народу природных ресурсов, недр. Не будет никакой консолидации, если в основе ее не будет стоять государственная задача роста благосостояния народа!!! Я, с вашего позволения, еще закурю. Вы точно не будете? — сказав это, я достал еще одну сигарету. — Так я и не спорю с вами. Я понимал гениальность вашего плана: поднять капитализацию монеты, раскрутить маховик рынка и дать им «Златники» со столькими нулями, чтобы они не смогли игнорировать включение партии в политический процесс города… И, конечно, теперь, когда курс рухнул, этот разговор не будет воспринят серьезно, но это же не означает, что надо остановиться и без всякой борьбы отдать им город? — тоном глубокого понимания произнес идеолог. — И не только в этом состоял план. Нужна реальная патриотическая организация… понимаете… реальная… с идеологией… структурой… соратниками… Мало одного «Златника»… Это всего лишь инструмент и идея с программой финансового суверенитета. И мы не успеем построить организацию за четыре месяца, — ответил я. — Но мне нравятся идеи, о которых вы пишете. Это хотя бы что-то новое. И, я считаю, что с ними можно идти в народ, делать их идеологической основой организации. Мне кажется, молодежи они зайдут… Да, это новый формат патриотизма, так значит, эти идеи и должны быть нашим инструментом партийного строительства, — продолжал идеолог. — Да, но не забывайте, что мы региональное отделение и должны следовать федеральной линии партии, а я только через неделю представлю свои идеи на федеральном президиуме, — сказал я и глубоко затянулся. — Андрей Юрьевич, берегите здоровье, завязывайте курить, вы нужны. Когда вы сможете предоставить план работы с учетом корректировки стратегии? — спросил идеолог. — Он готов уже. Если есть время, могу прямо сейчас, — ответил я. Продолжение следует…
-
edited Я ждал идеолога на углу переулка Антоненко и Казанской; мы поздоровались и повернули в сторону Вознесенского проспекта. Я достал пачку красного «Marlboro» и, протянув её, сказал: — Будете? трофейные, из девяностых, стомиллиметровые. Идеолог взял пачку, открыл её, вдохнул аромат и произнес: — Да, помню этот запах прошлого, но откажусь: пятнадцать лет как бросил. Я забрал пачку, достал сигарету и, закурив, начал говорить: — У меня не получится к весне обеспечить региональное отделение партии необходимым ресурсом, чтобы выйти на переговоры с внутриполитическим блоком. Я остановил рынок «Златника», посчитав, что теряю контроль. У меня нет такого объёма финансов, чтобы сдерживать спекулятивное давление на рынок. Я сейчас думаю над тем, как поменять основу крипторынка, необходимо убрать пирамидальные признаки рынка и сделать фундамент ликвидности монеты из генерации дохода от реального сектора экономики. Я пока только придумал, как защитить идейных холдеров «Златника»... дальше ещё только бесконечные размышления. Я в общем хотел вам это рассказать и услышать ваше мнение. — А что произошло? — спросил идеолог. Я в деталях рассказал о «третьей народной ступени роста» и о массовой продаже монеты, когда курс ZLT максимально вырос. Идеолог слушал внимательно и потом, неожиданно перебив, спросил: — Андрей Юрьевич, какой ваш главный принцип в работе? Я улыбнулся и, смотря на него, глубоко затянулся. Докурив сигарету и не успев ответить, я услышал: — Всё, что происходит, делается для нас. Нет плохого исхода — всегда нужно увидеть корректировку пути. Андрей Юрьевич, значит, будем двигаться без денег, интеллектуально, так сказать, попытаемся так выиграть эту шахматную партию— сказал идеолог. — Ну, это практически невозможно. Они не пустят партию даже в выборный процесс, понимая, что для них это будут одни минусы и риски. Как бы мы ни маскировались, они чувствуют, что у нас есть своё государственное видение и мы не несём так сказать коммерческой «пользы»… единственное, что их и мотивирует и может вывести на настоящие переговоры — начал я обосновывать свою позицию, но идеолог эмоционально перебил: — Стоп, речь на Валдае об обновлении элиты сказанная президентом, о том, что Россия должна пойти другим путем, чем шла до 2022 года…помните ? Понимаете, Андрей Юрьевич, всё меняется. То, что вы говорите, понятно, но время другое: у нас война, враг хочет уничтожить нашу государственность. И то, как было раньше, — это путь к катастрофе, и это многие понимают, и это обозначено в Валдайской речи. Это будет катастрофой если двигаться, как раньше не делая никаких выводов, без новых идей, без опоры на народ, без консолидации…не заменив кадры которые государство и власть воспринимают как кормушку — сказал идеолог и вопросительно посмотрел на меня, ожидая, что я отвечу. Продолжение следует…
-
Нужно было теперь создать официальный сайт и интегрировать туда функцию стейкинга, несколько раз перепроверить и уже после стопроцентной уверенности, что всё работает, а Златники никуда не пропадут, публично обратиться к сообществу с призывом — остановить рынок и заморозить свои активы. Когда начали делать сайт и был заказан аудит смарт-контракта стейкинга, я позвонил идеологу и в тоне, не поддающемся литературному определению, сказал: — Всё пошло не по плану, надо встретиться… Продолжение следует…
-
edited Я набивал текст в телефоне : - Надо останавливать «локомотив», рынок «Златника» должен быть перестроен, необходимо создать технологическую обвязку русской монеты. Но вначале необходимо защитить первых холдеров, давших жизнь надежде на финансовый суверенитет России через идею монеты-приемника биткоина, о которой писал Сатоши. Первостепенная задача сейчас — разработать смарт-контракты стейкинга и призвать сообщество заморозить ZLT на год, предложив увеличить количество монет на 100%, а за это время создать модель, при которой «Златник» станет финансовым инструментом освобождения граждан. В White Paper «Златника» необходимо заложить идею, которая заменит пирамидальный принцип криптоиндустрии на генерацию дохода от реального сектора экономики, в который пойдут инвестиции вне банковской финансовой кооперации сообщества ZLT… За период публичного размышления об идеях концепции освобождения от финансового рабства я познакомился с сильной командой криптоэнтузиастов из Казани. Именно им я позвонил закончив формулировать мысли. В деталях рассказав о событиях, произошедших со «Златником», попросил помочь создать смарт-контракт стейкинга для защиты холдеров русской монеты. Через несколько недель соратники из Казани создали смарт-контракт. Продолжение следует...
-
На пике роста курса «Златника» начались массовые продажи… «Лучше синица в руках, чем журавль в небе» — эта фоновая мысль задавала тон зарождающемуся рынку русской монеты. А затем, на падении курса, весь проданный объем скупали настроенные боты спекулянтов, которые продавали часть актива при любой покупке, вымывая ликвидность ZLT. Доминирующий красный цвет продаж на Dextools на любой проблеск зеленого при покупке ZLT обнажал пирамидальную основу криптоиндустрии, лишенной идей Сатоши Накамото. Спекулятивный шторм вымывания ликвидности длился несколько дней, и у меня уже практически не оставалось ETH после свапа, сделанного для стабилизации и уплаты налогов. Становилось совершенно очевидно: у русской монеты должен быть экономический фундамент реального сектора экономики, в которой, как сваи всей конструкции, ввинчены идеи концепции «Опережая сегодня». Но как это сделать и как защитить первых холдеров, поверивших в идею? Я достал из старых запасов 90-х годов фирменный блок трофейного красного «Marlboro» и стал курить перед экраном монитора, пытаясь за графиками криптобирж увидеть то, что пропустил ранее. Делая записи курил до тех пор, пока не становилось плохо, а потом, когда отпускало, курил дальше. Так продолжалось несколько дней. Исписав не один десяток листов, я дошел до того состояния, когда курить дальше уже не было физических сил. Добравшись до спортивного зала решил пробежаться на дорожке. В наушниках звучали мексиканские ритмы Натальи Лафуркаде, которые я переслушивал раз за разом, и вдруг… мне стало эмоционально хорошо… Я всё понял… я знаю, как действовать. Быстро закончив бег и соскочив с тренажера, я взял телефон и начал в записях набрасывать структуру будущего поста. Продолжение следует…
-
Первый день «Народной ступени роста» сразу показал, что в сообществе холдеров ZLT существует два лагеря: один понимает глубину идеи и готов идти вперед, к новым высотам курса, подняв знамя свободы от финансового рабства, а второй — который исповедует современную энергию денег и, выбирая прибыль сейчас, настраивает сотни ботов, пытаясь вымыть ликвидность зарождающегося русского преемника идей Сатоши. К ночи итогом противостояния стало то, что курс Златника отбросило назад, но при этом объём торгов за период с 12 ноября 2025 по 3 января 2026 года превысил 1 млн 100 тыс. долларов. Анализируя открытые данные из блокчейна, увидел в Златнике явные признаки моей теории, в рамках которой предполагал существование глобального анализа рынка криптовалют как ботами-разведчиками фининтерна, так и ботами Сатоши Накамото, которые проводят анализ для выявления монет с реальным активным сообществом, разделяющим идеи создателя биткоина, для их поддержки. И как я полагал Златник попадает под этот алгоритм вычисления: время существования монеты, оборот, сделанный холдерами, впервые познавшими мир криптоиндустрии, концентрация ботов-разведчиков… Всю ночь в полудреме, сидя за экраном ноутбука и смотря на динамику рынка ZLT, я проговаривал: «Если я прав, значит, кит должен зайти в русскую монету … вытащить нас». 4 января 2026 года я получил подтверждение моей теории и, находясь мгновение в состоянии эйфории радости, увидел, как в русский Златник зашла группа «дельфинов» и скупила объём ZLT, разогнав рост курса и подняв его до исторической отметки, доведя капитализацию русской монеты до 2,5 млрд рублей. Но буквально через секунду я схватился руками за голову и простонал: — Что ж вы делаете… Продолжение следует…
-
edited 2026 год наступил. Уже с утра первого дня нового года велась подготовка к началу «Третьей народной ступени роста Златника»: оставшиеся после праздника рубли переводились в эфир, создавались закрытые чаты, обсуждалась стратегия выведения на Uniswap 1 миллиарда ZLT. По итогам анализа прошедшей народной стратегии «Третья ступень» должна была стать масштабным актом публичного вызова, брошенного фининтерну, при котором идея гражданской финансовой кооперации сможет пробить планку курса ZLT и превысить 10 копеек за 1 русскую монету (в пересчёте на рубли), закрепившись на этом уровне, подняв капитализацию проекта до 10 млрд.. Третья народная ступень Златника началась в 0 часов :00 минут 3 января 2026 года с песни советской молодежи, записанной в Ленинграде в 1977 году на музыку чилийского композитора Серхио Ортеги «Пока мы едины — мы непобедимы». Словно сакральный знак, опережая время, она прозвучала за несколько часов до того, как мировой глобализм, в очередной раз поправ все нормы международного права, похитил президента Венесуэлы и его жену. Продолжение следует…
-
edited Мы встретились на Гороховой улице в помещении «Ледокола». Ремонт подходил к концу. На стенах висели фотографии, запечатлевшие становление арктического движения молодежи Санкт-Петербурга, а на центральной стене холст — «Восходящее солнце» в цветах российского триколора, вокруг которого развевались флаги государств мира — союзников нашей страны в борьбе с финансовым интернационалом, поработившим народы мира. Это была кульминационная картина — копия NFT-арт-манифеста «Свобода от финансового рабства», состоящего из семи полотен предсказаний. Между картинами с мольбертом ходила Ксения, внося последние художественные детали перед тем, как этот шедевр современного искусства будет явлен Санкт-Петербургу. — Ого, это и есть те самые картины? — спросил идеолог. — Да, и это все было правдой, когда я писал об истории их создания в Телеграме, — улыбнувшись, ответил я. Идеолог стал рассматривать фотографии и, остановившись напротив запечатленного в 2024 году «Всероссийского молодежного арктического форума», восторженно сказал: — Я был там, видел всё своими глазами… Да, да… Гехт. — Давайте прогуляемся, не будем мешать Ксении творить, — пригласил я идеолога. Мы вышли и пошли по Гороховой в сторону Адмиралтейства, а я начал говорить: — У нас всё получится, теперь я в этом уверен. Всё идёт замечательно. Я готов выносить идеи концепции на обсуждение федерального руководства партии. Я им расскажу о «Златнике», попытаюсь подключить регионы, чтобы наладить раздачу русской монеты гражданам. И, конечно, нам важно добиться включение наших идей о финансовом суверенитете России в предвыборную программу: создание русского блокчейна, национальной криптовалюты. — А вы уверены, что не рано? — неуверенно спросил идеолог. — Абсолютно. Я всё понял: энергия финансовой кооперации вне банковской прослойки — движущая сила криптоиндустрии. «Златник» может остановить только тотальный законодательный запрет в нашей стране, но это уже невозможно: мировые процессы запущены, формируется глобальный финансовый рынок… Но там нет понимания скрытой идеологии, заложенной Сатоси Накамото. Мы — единственные носители её… Понимаете, единственные носители… Биткоин уже захвачен фининтерном, и «Златник» — это единственная монета с идеями, способными освободить человечество, — эмоционально объяснял я идеологу. Идеолог молчал, идя рядом. — После Нового года мы начнём выходить на диалог с внутриполитическим блоком города. К концу января — началу февраля капитализация монеты будет составлять уже свыше 100 млн долларов и будет стремительно идти вверх. Информация об этом обеспечит нам зелёный свет на эти переговоры, и мы начнём договариваться с ними о фракции, намекая, что к лету капитализация может приблизиться к половине миллиарда, — продолжал я так же эмоционально. — Но они, мне кажется, договорились уже с коммунистами. Олигархи и рынок вернулись в партию, логика необходимости в Родине пропадает, — как-то неуверенно сказал идеолог. — Это их логика, а у нас свой путь. И при наличии финансового ресурса их логика легко корректируется, — безапелляционно парировал я. — Ну не знаю… А если пойдёт что-то не так и закон, легализирующий криптовалюту, не примут весной? — продолжал сомневаться идеолог. — Я готовлю на 3 января 2026 года начало третьей «Народной ступени роста». Это будет переломным моментом, с него начнётся реальный рост капитализации ZLT, не надо сомнений — сказал я идеологу. Продолжение следует…
-
edited Предновогоднее настроение было замечательным: капитализация «Златника» росла, количество холдеров русской монеты увеличивалось, шла череда новогодних розыгрышей и викторин на знание основ концепции «Опережая Сегодня». В качестве главного подарка, конечно, был ZLT. Но за таким праздничным настроением всеобщего оптимизма я понимал, что совсем рядом русский солдат в промерзших траншеях на передовой не дает фининтерну реализовать план по уничтожению российской государственности и захвату природных ресурсов и недр, исторически принадлежащих потомкам Александра Невского, Минина и Пожарского, Суворова и Кутузова, Сталина и Гагарина. Природные богатства которые смогут сделать наш народ счастливым навсегда: убрать ипотеку и банковскую кредитную кабалу, повысить уровень благосостояния став обеспечением русской монеты, сделав ее признанным во всем мире преемником биткоина, который впитает всю ликвидность мировой криптоиндустрии. Ребята, отдавая свои жизни в бою, давали время нашей стране осознать необходимость принятия государственной линии, направленной на обретение финансового суверенитета и освобождение от долларовой оккупации. В момент этих размышлений я смог ответить на вопрос, который задавал себе эти годы: ради чего это все? Русский мир — это и есть счастливый гражданин России, не знающий нужды; территория в границах завоеваний наших предков с ресурсами и недрами, работающими на рост благосостояния народа. Это новая энергия денег, направленная на освобождение, а не на порабощение человечества. Основа нравственности и традиционных семейных ценностей у нас в крови… Десятину от кошелька, на котором хранились выкупленные у Uniswap «Златники», обменяли на ETH и перевели соратнику Пензе, чтобы он купил новогодние подарки и развез их по госпиталям нашим раненым ребятам. Это была первая гуманитарная миссия, которую осуществил каждый холдер русской монеты. Видя улыбающиеся лица, которые выкладывал Пенза, освещая свой маршрут по госпиталям, я был очень счастлив. Меня накрывало новыми философскими мыслями, и я позвонил идеологу, чтобы поделиться ими. Продолжение следует…
-
edited Несколько дней я не переставая думал об ответе девушки из Москвы, сказавшей, что, читая мои посты, она увидела очень похожую на свою историю моих взаимоотношений с начальством и попыток сделать систему управления лучше. Она испытала импульс поддержать идеи концепции «Опережая Сегодня», понимая при этом, что может потерять всё. Но я очень хорошо чувствовал, какая моральная ответственность лежит на мне. Ведь даже без рекламы и активного продвижения «Златника», когда у русской монеты всего 259 холдеров, а среди них уже есть человек, который вложил все свои сбережения... Что будет, когда холдеров станет десять, сто тысяч или миллион человек? Есть что-то, что, помимо моей истории и идей концепции, побуждает принимать такие решения. Но что это? И как сделать так, чтобы не было трагических разочарований у людей? Спустя несколько дней, встретившись с Владимиром Дмитриевичем и рассказав о своих переживаниях, я не только понял, но и сформулировал ответ понимания: — Отсутствие каких-либо внятно сформулированных государством перспектив вырваться из финансового гнета существующей экономической модели с тотальной закредитованностью граждан ставшей уже нормой современного мира…ипотеками и ростом цен, на фоне истории о биткоине, освободившем людей, которые первыми в него поверили, — всё это невольно формировало в «Златнике» надежду на свободу от финансового рабства. Но как сделать так, чтобы надежда не превратилась в трагедию человеческой жизни? Тогда я еще не мог сказать Владимиру Дмитриевичу... но подсознательно начал только об этом и думать, понимая, что это главный вопрос, на который я обязан дать ответ. Продолжение следует...
-
Мы встретились, и я начал рассказывать о том, как рождались идеи концепции «Опережая сегодня», где «Златник» — главный инструмент создания мира без долларового рабства, в котором Россия будет новым финансовым центром. Девушка из Москвы остановила мой порыв, сказав: — Это всё я уже читала, хотела посмотреть на вас лично, а то все мои знакомые недоумевают надо мной; практически все считают, что «Златник» — это скам. Я вначале даже опешил, услышав эти слова, и сказал: — Многие так считают, не понимая масштаба идеи, сводят всё к примитивным стандартам криптомира, но знаете, не для этого я прошёл свой жизненный путь, чтобы имя своё так бесславно разменять. Я родился и живу в Санкт-Петербурге… хожу по улицам, не оглядываясь и хочу продолжать так жить. — Ну, мне хотелось на вас посмотреть лично. Знаете, я вообще считаю, что надо открыть вам криптообменник, потому что, пока я разбиралась, где купить эфир, мне две карточки заблокировали. Мне кажется, вы должны помогать холдерам, упростить процедуру… самим, что ли, продавать, — продолжала девушка из Москвы. — нет , принципиально не занимаемся никакими продажами крипты, так как это уже может быть расценено как нарушение закона, подведено под незаконную банковскую деятельность. Поэтому даже не подсказываю, где купить, чтобы не давать лишних поводов; я только раздаю ZLT в виде подарка, а дальше уже решение каждый принимает сам лично, — ответил я. — Понимаю, но рекомендую вам подумать: может быть, в будущем это существенно расширит количество холдеров. Я же, знаете, в Москве участвую в Патриаршей службе и многим рассказывала о «Златнике», некоторые вообще подумали, что я в секту попала, и заблокировали меня в социальных сетях, — говорила девушка. Но я, смутившись, сказал: — Ну какая секта… Я православный человек. — Нет, я понимаю. Я потом объясняю им всё, и они уже по-другому смотрят — сказав, она на мгновение замолчала, а потом произнесла фразу, от которой у меня пошли мурашки по телу. — Ведь я же купила «Златники» на все свои сбережения, — сказала девушка из Москвы. А я, наверное, побледнев и продолжая слушать её, ждал только одного: подобрать момент и задать вопрос, который никак не выходил у меня. И как только момент появился, я очень эмоционально обратился к ней: — Но почему… почему… скажите, почему… вы, даже ни разу меня не видя, купили «Златники» на все свои сбережения? Продолжение следует…
-
edited Возвращаясь в Санкт-Петербург, каждые 10 минут заглядывая в Dextools и видя, как зеленые надписи о покупках Златника преобладают над красными продажами на Uniswap, я зацепился взглядом за один кошелек, который несколько раз за час совершил покупку ZLT. Углубившись в анализ активности данного холдера, я обнаружил более 50 транзакций обмена ETH на zlt. Мне стало интересно, кто стоит за этим кошельком, так активно поддерживая становление русской монеты. Дойдя в истории блокчейна до первой транзакции, я увидел, что это был подарочный перевод ZLT с моего кошелька. Дальше мне пришлось просмотреть всю переписку в Telegram, чтобы найти адрес присланного мне кошелька. Спустя два часа, уже подъезжая к Московскому вокзалу, мне удалось отыскать владельца кошелька и ссылку на страницу ВКонтакте. Это была девушка. Я написал ей и попросил номер телефона, чтобы иметь возможность связаться и переговорить. Утром, позвонив ей, я сказал, что очень хочу встретиться, лично рассказать о планах развития и готов ответить на все интересующие вопросы. Девушка жила в Москве и сказала, что как раз планировала приехать в Санкт-Петербург в субботу и после литургии в Александро-Невской Лавре готова встретиться. Это была вторая встреча-знакомства, которая заложила философские основы русского преемника биткоина. Продолжение следует…
-
edited На следующий день с Ленинградского вокзала на такси доехав до Москва-Сити, нашел башню «Федерация» и, изрядно помучившись с лифтом , разбираясь, как подняться на 90-й этаж, сделав это с третьей попытки зашел в Mume. Хостес ресторана спросила, ожидают ли меня. Я сказал, что меня зовут Андрей и у меня встреча в 19:00. Девушка посмотрела в записи и спросила: — У вас фамилия не Анохин? Пройдемте со мной. Я последовал за ней, и меня провели в зал с потрясающим видом на вечернюю Москву, стены были заставлены красными банками из под чая, за круглым столом, сидел Князь в окружении двоих мужчин, которые всем своим видом демонстрировали, что они из мира больших финансов. Князь приподнялся из-за стола и, пожав руку, представил меня компании словами: — А вот и он сам, Андрей Юрьевич Анохин. Поздоровавшись с каждым, я сел за стол. Воцарилась пауза молчания, которая была нарушена распахнувшимися дверями: в зал начали подавать утку по-пекински. — Очень рекомендую, тут утка самая лучшая в Москве, — обратился мужчина, сидевший напротив меня. — Андрей, я хочу представить тебе: ребята давно и профессионально занимаются криптой, имеют отношение к бирже. Их очень заинтересовал твой проект, и они, прочитав твой канал, где-то увидели, что мы знакомы, и попросили организовать встречу. Дальше вы уже сами, тогда начинайте общение, — сказал Князь улыбнувшись. — Да, мы попросили, так как нам очень понравилось, что вы сами открыто продвигаете свою монету, при этом так нагло и амбициозно рассуждаете о ней как о преемнике биткоина. Знаете, вы своей искренней верой в то, что пишете, внушаете доверие, — подхватил мужчина, сидевший напротив. Я молчал, смотря на собеседников, пытаясь понять, что же они хотят от меня. — Скажите, а для вас акцент на борьбу с фининтерном принципиален? — спросил мужчина, сидевший по левую руку от меня. — Ну конечно, это же основа всех идей Сатоши Накамото. Без победы над фининтерном освобождение человечества от финансового рабства невозможно, — не на мгновение, не колеблясь, ответил я. — Знаете, Андрей, мы готовы инвестировать в вашу монету до 5 млн, привести ее архитектуру в порядок, долить ликвидность, откорректировать курс, вложиться в рекламу, сделав ее известной в криптомире, но мы, как бы это... правильно вам сказать... не готовы идти с вами до конца в вашей борьбе с фининтерном, — сказал мужчина напротив. — Извините, я не совсем понимаю... что вам нужно? — совершенно искренне проговорил я. — Андрей, мы хотим влить деньги в ликвидность, разогнать курс, сделать так, чтобы в монету зашло как можно больше людей, и потом вытащить ликвидность. Мы рассматриваем вашу монету только как коммерческий проект. Вы сможете очень хорошо заработать с нами, — сказал мужчина, сидевший по левую руку от меня. Я посмотрел на Князя: он, не понимая, что сейчас пытались сформулировать наши собеседники, сидел с невозмутимо благородным видом и молчал. Заметив формирующуюся напряженную атмосферу за столом, мужчина напротив сказал: — Тут нет ничего нового, так работает вся криптоиндустрия. Это рынок, он живет своими законами. Давайте, приступайте, пожалуйста, к утке. Во мне боролись две поведенческие модели: встать и уйти или все же дипломатично провести встречу до конца. Я прекрасно понимал, что Князь, планируя эту встречу, даже не представлял, о чем здесь пойдет речь; он искренне хотел соединить интересы двух векторов, и поэтому я решил дипломатично довести встречу до конца. — Знаете, я готов сидеть, как Че Гевара, бросив вызов долларовому империализму, освобождая человечество, но не как мошенник, и это моя окончательная принципиальная позиция. И если вы готовы пойти со мной в долгосрочную перспективу делая «Златник» преемником биткоина, я открыт к сотрудничеству... но никаких других вариантов рассматривать не вижу смысла, — сказав это, я положил себе в лепешку кусочек утки, овощи, залил соусом. Продолжение следует...
-
Первая встреча произошла на фоне разрастающейся активности в телеграм-канале: солидарные с идеями «русской монеты» холдеры присылали свои предложения по развитию экосистемы ZLT, в комментариях делились мнениями, создавали и присылали видеоролики и аудиофайлы с песнями, предлагая утвердить гимн «преемника биткоина». Появился первый текст положения о Стабилизационном совете Златника, вокруг которого шла оживленная дискуссия. И вот однажды вечером раздался звонок известного человека, к которому я испытываю чувство глубокой симпатии. В телефонной книге его номер отображался под именем «Князь». Почему «Князь»? Генетическое русское благородство, переданное родом, необъяснимо читалось в нем при общении. Он был из другого мира — там, где никогда не знали нехватки денег, где ночной шум от соседей в хрущевке не мешал спать, и где не существовало силы саморазрушающего человека греха, передающегося по наследству тем, кто рожден в советских атеистических семьях. Князь начал говорить: — Андрей Юрьевич, оказывается, не только я наблюдаю за вашими достижениями. С вами очень хотят познакомиться. Когда сможете приехать в Москву? Не спросив даже, кто именно хочет познакомиться, я ответил: — Да хоть завтра готов! — Очень хорошо. Тогда завтра в 19:00, башня «Федерация», 90-й этаж, ресторан Mume, — предложил Князь и повесил трубку. Продолжение следует…
-
На следующий день после «Форума стратегов» я написал текст обращения на имя министра финансов, главы Центрального банка и руководителя налоговой службы. Мне нужно было получить официальные ответы о правовом статусе «Златника» и о том, как будет применяться налоговое законодательство в отношении Русской монеты, чтобы предоставить юридическое заключение растущему сообществу ZLT. Понимание места монеты в рамках законодательства становилось крайне важным, так как активно развивалось направление открытия гражданам криптовалютных счетов и последующего безвозмездного перевода на них «Златника». А еще все это вызвало дополнительный рост стоимости Русской монеты, так как многие холдеры, получив «Златник», начали самостоятельно увеличивать количество ZLT на своих кошельках через Uniswap. Прошедшая вторая «народная ступень роста» дала такой мощный импульс, что я в полной уверенности стал думать о том, что к весне мы преодолеем отметку 0,001 и повысим капитализацию Русской монеты до 100 млн долларов. Именно в этот период построения оптимистических планов произошли знакомства с людьми, на встречах с которыми одна за другой сама судьба давала мне подсказки о том, чем Русская монета должна отличаться от всех существующих криптовалют, чтобы стать преемником Биткоина. Продолжение следует...
-
Я приехал в назначенное время, нашёл необходимую стойку регистрации, назвал фамилию и, получив бейдж участника «Форум стратегов 2025», поднялся к обозначенному залу, в котором начиналась панельная сессия «Новые вызовы финансово-бюджетной политики Российской Федерации». Спикерами сессии были Заместитель Министра финансов, члены правительств регионов РФ, ведущие экономисты страны. Не до конца понимая, что будет дальше и дадут ли мне слово для публичного представления разработанной финансово-идеологической концепции «Опережая Сегодня», я начал сильно волноваться из-за большого количества в зале известных финансовых аналитиков, представителей научной школы экономики. Я задумался, как они воспримут мои выводы о начале изменения архитектуры мировой финансовой системы, в которой наша страна должна занять лидирующие позиции. Как мне им донести послание создателя биткоина Сатоси Накамото, о создании монеты -преемника, которая впитает ликвидность первой криптовалюты и сделает нашу страну новым мировым финансовым центром. Меня волновало, как убедить присутствующих в зале, что, несмотря на отсутствие готового законодательства для перехода к новой финансовой эпохе, рынок уже существует, а криптовалюта — это не нелегальные переводы преступников и не мошеннические схемы, а шанс для страны существенно повысить уровень благосостояния народа и реальная возможность консолидации общества и государства. Размышляя о структуре выступления, я погрузился в мысли, но, услышав от модератора своё имя и приглашение к выступлению, вскочил и начал своё первое публичное представление идеи, которая должна изменить мир. После аплодисментов зала первому публичному докладу о финансово-идеологической концепции «Опережая Сегодня» я понял, что представители государственного экономического планирования поняли логику и готовы к детальному обсуждению законодательного каркаса реализации. Я был очень взволнован и не знал, как благодарить Юрия Ивановича, который даже после смерти продолжал мне помогать. Я сел за столик в фойе и, охваченный эмоциями от происходящего, стал заедать нервное напряжение сладкими пирожными, ожидая, что «голос», услышанный после звонка на оставленный номер в письме-завещании, обратится ко мне, и мы сможем обсудить дальнейшие действия. Я сидел час, другой, поедая пирожные, но ко мне никто не подходил. Когда последние участники форума ушли, а волонтеры стали собирать и упаковывать реквизит, я всё ещё сидел и ждал. Фойе опустело и я остался совсем один. Тогда я встал и направился к выходу, понимая, что не стоит ждать согласований и одобрений — надо двигаться вперёд и действовать дальше. Продолжение следует…
-
Главы будущей книги писались легко: теперь открывалась вся картина мозаики моей жизни, которая собиралась в философско-экономическую концепцию «Опережая сегодня», с написанием которой я выполнял обещание, данное на похоронах полковника КГБ СССР — Юрия Ивановича. Консолидация народа самой богатой страны мира возможна, если государство возьмет вектор на рост благосостояния своих граждан. Мир, созданный Сатоши Накамото, позволит России стать новым мировым финансовым центром. Национальная криптовалюта «Златник», став преемником биткоина, освободит человечество от финансового рабства долларовой кабалы. Первая часть книги была написана, идея сформирована, я сдержал слово... Презентация была намечена на зиму следующего года. О каждом своем шаге я писал в телеграм-канале, в котором ежедневно прибавлялись подписчики, и после того, как один из глав муниципальных образований города позвонил мне... (дальше по этой ссылке) ⬇️ https://t.me/operegaya_segodnya/638 (и вплоть до этой)⬇️ https://t.me/operegaya_segodnya/645 Продолжение следует...
-
edited Чтобы приоритетной основой русской монеты стала идеология, я принял решение, не продавать ZLT. А ETH от свапа с главного кошелька необходимо возвращать обратно в экосистему русской монеты, пополняя ликвидность через выкуп с личного кошелька. Исключением могут составить траты на газ и заморозка ETH для оплата возможных налогов, если этого будет в дальнейшем требовать законодательство. Обмененный на ETH Златник надо безвозмездно раздавать, чтобы заложить основу роста благосостояния граждан и популяризацию идей Сатоши Накамото, идей - свободы от финансового рабства. Все закрутилось … Курс златник стремительно шел вверх. Количество холдеров русской монеты увеличивалось: 15…47…70…111…235…человек Но стало совершенно очевидно, что пройти ранее запланированные все 24 ступени роста ZLT не удастся, так как при таком высоком курсе объем обеспечения ETH при создании пары на Uniswap начал исчисляться практически миллионами долларов. Однако вывод Златников на рынок становился все более приоритетной задачей, так как сосредоточение на одном кошельке более 99% всего объема эмиссии являлось «красным флагом» всех аналитических выводов о Златнике на мировых DEX-платформах. И тогда я придумал инструмент в виде стратегии «Народная ступень роста»: когда анонсировался вывод Златников на рынок, и последующий выкуп с персонального кошелька создателя проводился для раздачи количества ZLT, равного объему, обменянному в пуле Uniswap холдерами в рамках «народной стратегии». Чтобы холдеры могли просчитать график ликвидности с пиками и падением роста ZLT, в народной ступени было зашифровано послание: количество Златника за один свап соответствовало точке или тире в азбуке Морзе, а вся фраза звучала так: «Сатоши Накамото — свобода от финансового рабства». Первая «Народная ступень» превзошла все ожидания и пробила отметку курса в 0,0001, сделав уверенный шаг к следующему рубежу…начался бум роста холдеров Златника. Ежедневно, лично встречаясь на телефоны с битыми экранами и при плохом интернете помогал устанавливать MetaMask и переводил в дар русские Златники. Нашему идеологу, я впервые тогда сказал: «О какой патриотической победе мы можем говорить, если только сейчас пытаемся догнать прогресс? Нужно корректировать повестку: пока патриоты не контролируют финансы страны, движение обречено на маргинализацию… Представляю, как смеется враг, когда слышит тезисы из воззваний лидеров национал-патриотического движения страны». Рост курса Златника держал всех холдеров в приподнятом настроении. Придуманный инструмент свапа для вывода на рынок необходимого объема монеты работал безупречно. Я ежедневно стал писать много постов, видя и искренне восхищаясь созданным миром Сатоши Накамото…понимая главное: освобождения планеты можно добиться только через финансовую кооперацию человечества в рамках достижений криптоиндустрии. Продолжение следует…
- Older posts