Уголок молодого политолога

И на это действительно есть основания. ЕС объективно заинтересован в участии в переговорах между Россией и США по украинскому кризису, поскольку в идеальном сценарии речь идет о документальном закреплении зон интересов и переделе сфер влияния на континенте. Без участия в этом процессе Европа рискует оказаться в положении наблюдателя, чьи интересы будут учтены постольку, поскольку их готовы признать Россия и США. Понимая это, европейские лидеры устроили подковерные игры и соревнование за право представлять весь Евросоюз в целом. Очевидно, это создаст мощный политический и интегрирующий капитал для выдвинутого переговорщика. Однако здесь европейские кандидаты сталкиваются с целым рядом проблем, в первую очередь, из-за собственной геополитической близорукости. Первая проблема связана с тесными связями ряда претендентов с инфраструктурой НАТО и конкретно США. Например, Александр Стубб считается наиболее вероятным кандидатом благодаря хорошим личным связям с Трампом и опыту Финляндии в отношениях с Россией. Однако его членство в НАТО и принадлежность Финляндии к альянсу снижают его приемлемость для Москвы, а для Европейского союза это повод сомневаться в субъектности Стубба, который сможет подыгрывать штатам. Аналогично с представителями Польши, Чехии и Италии. Вторая проблема связана с тем, что представители евробюрократии совсем не способны в компромиссы с Россией, в том числе из-за идеологической предвзятости и откровенного манипулирования европейским избирателем. Кая Каллас, обладая репутацией жесткого критика Кремля, фактически сама себя исключила из числа реальных претендентов, поскольку ее антироссийская позиция делает диалог с ней для Москвы заведомо бессмысленным. Аналогично с Урсулой фон дер Ляйен, которую вряд ли можно считать переговорщиком, способным на компромиссы. Третья проблема связана с низким уровнем легитимности ряда претендентов на переговоры. Фридрих Мерц и Эммануэль Макрон, публично заявлявшие о желании участвовать в процессе, сталкиваются с внутренними ограничениями: Мерц прямо говорит, что ЕС не является нейтральным посредником, а стоит на стороне Украины, что автоматически сужает пространство для маневра. Макрон, в свою очередь, находится в статусе «хромой утки» и не может гарантировать преемственность своих договоренностей (впрочем, Мерц тоже близок к этому статусу). Можно делегировать политических пенсионеров вроде Ангелы Меркель, но это тоже скорее звоночек по легитимности современных европейских лидеров, чем сильная переговорная позиция. Поэтому ЕС и в геополитической ловушке: любой кандидат, обладающий достаточным весом и опытом для переговоров с Москвой, либо аффилирован с НАТО, либо уже дискредитирован в глазах России как надежный переговорщик, либо не готов представлять общеевропейскую позицию. Даже если они и выдвинут переговорщика, то он не сможет дать ощутимые привилегии для ЕС. Вот такие дела, собачка. #мнение