Культурный код. Хохлома как часть модной идентичности России 🇷🇺 Народные промыслы – один из самых мощных источников вдохновения для дизайнеров по всему миру. И традиционная хохлома – конечно, не исключение. Декоративная русская роспись уже не ассоциируется исключительно с подносами и резными шкатулками – ей вполне по силам тягаться с монограммой Louis Vuitton или Chanel. И это, кстати, не метафора. Рассказываем, как художественная роспись из села Хохлома сначала стала частью клубной жизни России, а потом – высокой моды. На самом деле, удивляться тому, что к художественным промыслам вдруг появилось особое внимание, не стоит. Chanel уже не первый год создает коллекции Metiers d’Art, для которых мелкие французские мастерские производят пуговицы, кружево или твид — детали, о которых большинство даже не слышало. Про кожевенное мастерство часто говорят в Bottega Veneta, чему посвящен их проект Craft Is Our Language. Но что насчет промыслов, традиционных для России? Их у нас великое множество, и один из самых примечательных – хохлома, известный узор, появившийся ещё в XVII веке. 20 лет назад хохлома, гжель и другие народные промыслы существовали вне модного контекста. Российская индустрия, не считая мэтров вроде Вячеслава Зайцева и Валентина Юдашкина, работала с известными мировыми домами моды, магазины которых один за другим открывались на «улице бутиков», в Столешниковом переулке. Но сегодня, в 2026 году, фокус смещается на важнейшие местные культурные коды. То, что долгое время оставалось вне модных трендов, неожиданно становится актуальным. Одним из первых, кто взглянул на хохлому под новым углом, стал Денис Симачёв. Его клуб SIMACHЁV стал известным не только благодаря легендарным вечеринкам, но и благодаря культовому фасаду, украшенному знаковым рисунком. Одно дело, когда мы из музея что-то тащим, чтобы превратить это в одежду. Совсем другое – когда мы глубоко анализируем наши истоки и делаем их современными. В моём случае это произошло с хохломой, когда с деревянных предметов я перенёс её на ткань. Благодаря этой большой работе появилось раппортное изображение хохломы, которое можно печатать на любом объекте дизайна. Такого ещё никто не делал с классической хохломой. – рассказывал дизайнер в одном из своих интервью. Легендарный «Симач» существовал на грани иронии и китча, превратившись в поп-культурный феномен нулевых. Хохлому в этом проекте, правда, сложно было назвать предметом ностальгии: Денис сделал из декоративной росписи модный артефакт, адаптированный под московский гламур. Но если хохлома Симачёва была больше похожа на перформанс с культурной подоплекой, то коллекция Алены Ахмадуллиной с брендом «Хохлома» стала воплощением традиционного нарратива. Возможно, впервые народный промысел стал частью высокой моды. Никакой излишней лубочности – лаконичный крой, лёгкость и современные силуэты в работах Ахмадулиной уводят хохлому подальше от привычного представления о народном творчестве, который мы можем встретить в сувенирных лавках. О запуске объявили громко – открытием бутика в ГУМе, там, где когда-то располагался Chanel. В тот момент и стало понятно: хохлома окончательно перестала быть «просто узором» и превратилась в символ модной идентичности России, который покоряет сердца нового поколения. #paper@omanko