КАЛУГИН

И ещё о «халялизации». Верно пишут братья-юристы, разобравшие также экономическую составляющую маркировки знаком «халяль», что речь идёт о политическом наступлении. Уточню и добавлю — религиозно-политическом, цивилизационном наступлении, «знамени при захвате крепости» общественного пространства. Из экономических соображений этому потакают производители и продавцы. Про экспорт в исламские страны — лукавый аргумент: можно ведь продавать на экспорт так, чтобы шло только на экспорт, а в России и не духом? Скажут: дескать, это религиозная необходимость. Отвечу, что как-то жили без этой необходимости, за исключением узкого сегмента продажи особым образом приготовленного мяса (да и то...). Прожили бы, уверен, и дальше. Но дело даже не в прагматической или гипотетической оценке. Дело, во-первых, в необходимости осознавать, что одной из первопричин плясок и расшаркиваний производителей является массовый завоз и формирование радикальных исламистов, требующих изменять наш уклад по своим стандартам. Дело, во-вторых (и скорее — в первую очередь), в критериях определения нормы жизни, нормы нашего уклада. Хотят иные политики или общественники того или нет, эти критерии вынуждены быть в значительной мере оценочными. Отвечать на вопрос: соответствует то или иное явление русским православным основам существования нашего государства-цивилизации, объединившего русский народ с принявшими его ценностями народы, или нет. Злую роль играет здесь отрицание или игнорирование европейских (не «западных», а имперско-ромейских), хоть и переработанных в русские, истоков нашей цивилизации и проталкивание «ордынских». На основании упомянутого оценочного критерия (когда-то писал, что и в отношении хиджабизации-никабизации — так же применим только он) и должны делаться правовые выводы, строиться право государства. Предваряя возражение об универсальных принципах права: как будто когда-то и где-то было иначе... В правовую форму облекается то, что соответствует национальным интересам, национальному духу, национальному правосознанию.