...продолжение При упоминании о возможности гангрены мне малость стало не по себе. В случае ампутации кисти перспективы мои были не очень радостными, а с моим статусом бомжа даже очень печальными. Но я все же решил отложить панику на потом, так как решил, что это всегда успеется. В операционной меня усадили на стол- лежанку , летеха сперва сделал несколько уколов местной анастезии и, не дожидаясь, пока она подействует, взял ножницы и быстро стал срезать и вынимать нитки, которыми меня заштопали в Д.Зоре местные садыки. Рана тут же раскрылась и из нее сразу хлынула масса гноя. Летеха уже спокойнее глянул на все это и сказал: - Вот она и причина отека. Но вони я не чувствую, так что будем надеяться на лучшее… Он взял другие ножницы, посмотрел на меня и добавил: Я сейчас тебе буду делать очень больно. Ты должен знать, кого будешь материть. Меня зовут Миша я Ну что, погнали… Он начал быстро и тщательно чистить мне рану. Во время чистки он использовал много чего из инструмента и средств, но мне запомнились именно ножницы, потому что когда он начинал чистку ими, это была самая болезненная процедура. Я решил не орать, но мычание и стоны все же из меня вырывались, так как боль была адская. Миша же спокойно и уверенно продолжал чистить, приговаривая: - Знаю больно, так больно что родить можно, но надо, Федя, надо. Я поломал два держака на столе, на котором сидел, а Миша все еще продолжал чистить рану. Тогда мне казалось, что эта адская чистка никогда не закончится. Я не помню как долго это длилось,но все прекратилось как по команде. - Ну вот и все, - сказал Миша.-Теперь будем ждать, когда сойдет отек. Думаю это займет не меньше двух недель. Глянь что тебе тут в рану зашили запасливые садыки. Я увидел кусок перчатки и кусок осколка в лотке с окровавленными марлевыми тряпками. - Да, уж. Чего же с таким- то добром руке не загноиться- отвечал я. - На самом деле не только в этом причина. Как только рана образовалась, она уже инфицирована. Если бы они тебе не зашивали полностью, а оставили дренаж, то этого бы ничего не было. Я их протокол уже знаю. Они раны всегда зашивают раны наглухо и назначают сумасшедший курс антибиотиков. А дальше - как повезет. У них из- за этого куча ампутаций, Хотя там гарантировано можно было спасти конечность. -У меня все настолько серьезно было? - спросил я. - Было? Да нет, у тебя и сейчас еще все серьезно. Потому я тебя велю определить на стационар к нам и будешь получать три раза в день капельницы. Пока еще ничего не ясно. Вот как начнет отек спадать, тогда и можно будет говорить что-то. Хотя если честно, я больше оптимистично настроен. Признаков гангрены у тебя нет. Затем к нему в операционную зашел Игорь , которому сделали снимок раненой ноги. - У меня вроде ничего страшного. Осколок зашел только на два сантиметра…- начал было говорить он. Миша внимательно до этого смотревший на снимок, повернулся к Игорю и сказал: - Нет. Он у тебя прошел почти через всю ногу. Это он не вышел у тебя на два сантиметра. Садыки перепутали все и неверно определили вход осколка. Давай теперь разбираться с тобой… Мне рану не зашивали - только обработали ее и перевязали. Я вышел в коридор и стал ждать, когда Миша закончит с Игорем. Прошел почти час, Игорь вышел, сильно хромая и в шутливом тоне произнес: - Этот злой человек мне долго и больно чистил рану, а потом вставил туда пластиковую фигню. Смотри как я хожу теперь? Он повернулся к Мише и смеясь добавил: - Я ж к вам пришел здоровым человеком! Где ж я так нагрешил. Миша засмеялся и сказал нам: - Значит так, братцы- кролики. Оба в стационар минимум недели полторы-две со всеми вытекающими- уколы, капельницы и наблюдение. - А может мы будем в Латакии находится, а сюда на капельницы и уколы приезжать? - я сделал свинтить, чтобы не находится постоянно в госпитале. - Парни, вы не совсем понимаете серьезность ситуации. Ты все еще можешь потерять руку, а ты ногу. И это не шутка и не преувеличение все очень серьезно. Оба в стационар. Продолжение следует...