Oleg Blokhin

Есть у меня два приятеля. Юра и Саша. Живут в Европе и уже давно имеют гражданства стран ЕС. Одному из них, Сане, получить гражданство Румынии "помогла" давно покойная бабушка , рождённая под Одессой в Бессарабии, а второму - замученные в концлагере еврейские предки дали дорогу к гражданству немецкому. Живут оба уже очень давно, по пару десятилетий, в Германии, обзавелись здесь домами, бизнесом, внуками и как говорится, горя не знали...Не знали, пока не вспомнили за Украину. Дождливой немецкой ранней осенью 2024 года оба друга вдруг решили посетить родную Одессу, полюбоваться на ещё не остывшие море и солнце, посидеть в уютных кафешках, пощупать взглядом( а может и не только, чем черт не шутит) сочных одесситок, купить знаменитую и с детства дорогую сердцу одесскую рибку на Привозе и насладиться остатками архитектурной роскоши милого душе города. В общем, сделать всё то, что они регулярно делали каждые несколько лет. Но ехать было опасно, так как оба кроме европейских паспортов имели таки счастье оставить себе гражданство Украины. Со всеми ныне вытекающими неоднозначными последствиями. И не особо мудрствуя ребята поехали лишаться самого ценного что у них есть по версии украинского правительства. Пришли, показали нужные документы, подписали нужные заявления и получили ответ, что надо немного подождать. Ребята терпеливо ждали до мая следующего года. Не дождавшись нужного результата ни в виде письма, ни по телефону, поехали снова в посольство. И что вы себе думаете, они таки получили ответ! Оказывается, все это время им надо было не отсиживаться в уютном ожидании в Германии, а мчаться на всех парах в Украину и стать на учёт в военкомате! На логичное замечание Юры, что с этой поездки он может не вернуться и сгинуть в посадке под Авдеевкой, сотрудница посольства только неопределенно развела руками. Не трудно догадаться, что ребята дружно послали нах...посольство, военкомат и Украину . А Одесса...."Одесса подождёт"- резонно подытожил Саша. Это я к тому, друзья мои, что сбежать из концлагеря "Украина" трудно, но можно. А вот перестать числиться заключённым этого концлагеря гораздо сложнее. Андрей Рюриков.