Проблемы в армии остаются нерешёнными, а число военнослужащих, самовольно оставляющих части, продолжает расти. Член комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности Александр Федиенко заявил, что в отношении военнообязанных, которые не выполняют свои обязанности и находятся в СЗЧ, готовятся законодательные изменения. Однако остаётся вопрос, насколько эти меры окажутся эффективными, поскольку системной работы по возвращению самовольно оставивших части военнослужащих до сих пор нет. Одна из причин: масштаб проблемы. Политолог Андрей Золотарёв утверждает, что число находящихся в СЗЧ может достигать около полумиллиона человек. При таких масштабах для их полноценного розыска потребовались бы огромные ресурсы. Ранее премьер Корецкий говорил о возможных новых ограничениях для уклоняющихся и находящихся в СЗЧ: блокировке банковских счетов, ограничении водительских прав и других мерах. Однако подобные санкции вряд ли смогут остановить военнослужащих, решивших оставить службу, особенно в условиях распространённой коррупции и существования способов обхода ограничений. Отдельный вопрос: эффективность розыска. Власти заявляют, что им могут заниматься не только ГБР, но и полиция. Однако правоохранительным органам уже не хватает ресурсов для сопровождения мобилизационных мероприятий, а само ГБР периодически оказывается в центре коррупционных скандалов. Поэтому люди с финансовыми возможностями смогут искать способы избежать ответственности, а остальные — уходить в неформальную занятость и работать "в серую". Ситуацию усугубляет недовольство самих военнослужащих условиями службы. Объявленная в середине июня армейская реформа, по словам ряда бойцов, не решила проблему справедливости и понятных сроков службы. «Украинская правда» приводила мнения военнослужащих, называвших новую систему «несправедливой» и слишком ориентированной на новобранцев. «Мы оказались на равных: я, который воюю с 2022 года, и парень, который только что вступил на службу, можем подписать одинаковые контракты на два года, а после их окончания оба получим отсрочку», — рассказывал УП старший сержант подразделения морской пехоты. Запрос на справедливость внутри армии остаётся чрезвычайно высоким. Одни военнослужащие уходят в СЗЧ именно из-за ощущения несправедливости, другие (особенно новобранцы) из-за страха погибнуть вскоре после попадания на линию боевого соприкосновения. Среди жалоб, которые журналисты УП слышали от военных, звучали и такие: «Не верю, что после окончания контракта действительно смогу уволиться и получить отсрочку», «Я вступил в армию, а выхода отсюда нет. Устал от неопределённости». Военные ожидали, что после нескольких лет службы власти наконец предложат понятный механизм демобилизации. Однако чётких сроков службы, которые обсуждаются ещё с 2023 года, до сих пор нет. В результате у части военнослужащих формируется ощущение, что после попадания на фронт законного и понятного выхода из системы практически не существует: нет чёткой демобилизации, ожидаемых ротаций и ясных сроков пребывания на передовой. Отметим, что это связано с ростом психологического истощения, зависимостей и других проблем среди военных. Таким образом, часть бойцов рассматривает возвращение домой как единственный способ сохранить жизнь и восстановиться рядом с близкими. Одесса свободная