АНДРЕЙ ТКАЧЁВ

Западный мир отмечает 11 ноября Компьенское перемирие, точнее — окончание Первой мировой войны. Прекратить взаимный огонь тогда, в далёком 1918 году, было решено в 11 часов. Потому что есть своя магия в цифрах. Потому что ноябрь — одиннадцатый месяц, и было бы неплохо выстроить линейку из шести единиц: 11 месяц, 11 день, 11 часов, 11.11.11. Можно было бы даже прочесть евангельское зачало про «пришедших в одиннадцатый час» и получивших пенязь в награду. Наградой должен был стать мир. Но… красота построившихся единичек омрачилась тем, что последний погибший в той войне сложил голову в 10:59, то есть за минуту до окончания войны. Погибшим был американский рядовой Гюнтер Генри. 23 года от роду. Этот бедняга был разжалован из сержантов в рядовые за то, что в письме с войны советовал другу делать что угодно, лишь бы только не оказаться на фронте. И с момента разжалования Гюнтер страстно желал заслужить одобрение начальства и, как следствие, обратное повышение до сержанта. Возможно, руководимый этой мотивацией, Гюнтер рванулся в самую нелепую, одиночную штыковую атаку на немцев в тот самый день — день подписания мирного договора. Сами немцы уже знали, что войне конец, и ждали приказа зачехлять оружие. И тут на них бежит с боевым криком одинокий американский воин. Немецкие пулемётчики кричат парню, что войне «капут», пусть, мол, остановится и остынет. Но куда там. Гюнтер (кстати, потомок немецких мигрантов) уже добежал до окопов своих дальних родственников на опасное для них расстояние и… пулемётная очередь срезала парня, не оставляя никаких шансов. На часах было 10:59. Через минуту перемирие было объявлено. Какую хотите мораль извлеките из этой жутковатой истории. Например, ту, что терпеть надо до конца. Пара секунд решают дело, иногда не в твою пользу. «Не думай о секундах свысока», — поют в фильме про Штирлица. И правильно, надо сказать, поют. Торопиться не надо. Секунды тоже многое решают. Надо сделать глубокий вдох-выдох и прочесть в уме «Отче наш». А там, глядишь, и бежать никуда не придётся.