Там всё было просто: есть связь или нет, есть цель, есть маршрут, есть свои, что информацию ждут. И небо, в котором секунды решают порою гораздо мощнее минуты. Теперь этот голос уже не ответит. И сколько частоты в тиши ни крути — одни позывные остались на связи: Гудвин. Эрнест. Позывной остаётся последнею связью меж теми, кто здесь, и ушедших зарёю. И если однажды над нами под вечер зависнет что-то и потом растает вдали — мы просто посмотрим вслед молча: Это свои. Значит, всё ещё где-то в сети.