Null and Void

Слабость довода о сдерживании признавала сама израильская армия: в 2005 году её комиссия сочла карательные сносы неэффективными, и практику остановили, а в 2014 году возобновили. Тогда сносили дома семей нападавших и соседние. В Хевроне выселяют и сносят целые кварталы. Довод о безопасности не отвечает на вопрос, в чём виноваты выселенные. 4. Почему нападение на военных оккупационной армии — не терроризм Двое убитых в Хевроне — солдаты на блокпосту, а не гражданские, и для права это существенная разница. В праве войны «террор» определяется через то, против кого направлено насилие. Статья 51(2) Дополнительного протокола I запрещает насилие, главная цель которого — терроризировать гражданское население; Трибунал по бывшей Югославии признал этот запрет нормой обычного права. Конвенция ООН о борьбе с финансированием терроризма 1999 года описывает теракт как насилие против гражданского лица или иного лица, «не принимающего активного участия в военных действиях». Солдаты на посту к этим категориям не относятся: они комбатанты. Израиль сам применяет здесь право войны. В 2006 году Верховный суд Израиля в деле о целенаправленных ликвидациях постановил, что между Израилем и палестинскими вооружёнными группами идёт международный вооружённый конфликт, и на этом основании признал, что ликвидации боевиков могут быть законными. Сами боевики, по решению суда, не комбатанты, а гражданские, участвующие в боевых действиях: иммунитета солдата у них нет, и за убийство их можно судить. Но если к ударам по боевикам применяется право войны, то и их нападение на солдат — эпизод того же конфликта. Его можно судить как убийство, но терактом это его не делает. Арабские государства закрепили это различие в договоре. Арабская конвенция о борьбе с терроризмом 1998 года не считает преступлением вооружённую борьбу против иностранной оккупации, если она ведётся в соответствии с принципами международного права. Того же требовали Организация исламского сотрудничества и Лига арабских государств на переговорах о всеобъемлющей конвенции ООН против терроризма; эти переговоры, начатые в 1996 году, годами стоят на месте, в том числе из-за этого спора. У аргумента есть пределы. Единого международного определения терроризма нет, а Арабская конвенция действует только между её участниками. Израильский закон о борьбе с терроризмом 2016 года определяет теракт через мотив и цель (запугать население или принудить власти), а не через то, против кого направлено насилие, поэтому по израильскому праву нападение на солдат может быть терактом. Но даже если называть нападение терактом, для выселенных это ничего не меняет: статья 33 IV Женевской конвенции запрещает наказывать человека за то, чего он лично не совершал.