Николай Травкин

Как это было. 1990 год. Первый съезд нардепов РСФСР. Перед немногими народными избранниками в зале ещё не привычные трёхцветные флажки. У депутатов разные политические взгляды, но в зале и кулуарах ощущается атмосфера общей приподнятости. Принимается декларация, которая провозглашает РСФСР суверенным государством. Через два года эта декларация материализовалась и появился праздник День России. У большинства россиян родились серьёзные ожидания, что уж теперь то их жизнь несомненно будет улучшаться! Причём быстро. Особых споров на тему "куда идти России" не было. С разными оттенками, но все признавали, что Россия будет развитой демократической европейской страной. Никто даже не заикался о роли сверхдержавы, которая вступит в противоборство с коллективным Западом. Да и об особой духовности, о традиционных национальных ценностях, о русском мире тоже громко не разглагольствовали. В вопросе "что строить" был относительный консенсус — хотим как в Европе. Страсти кипели вокруг "как строить". Почему же последние годы, празднуя День России, нет искренней общей радости? Торжественность присутствует, всё украшено. Но как-то казённо, натужно-пафосно получается. А потому, что пропала общая вера в "завтра будет лучше чем вчера". Некоторые ещё по инерции талдычат, но у большинства тревожно на душе от ожиданий. Да и сам образ этого "завтра" теперь слишком разный у россиян. Одни по прежнему видят европейскую страну, другие претендуют на отдельную цивилизацию и особый путь, третьи уже ощущают себя провинцией Китая... И вообще, всё реже хочется мечтать, всё чаще тянет в ностальгию.