Подгорнов.Экспертиза

Продолжаем цикл Демография в кризисе (I | II | III) Сегодняшняя тема: Почему у современного городского жителя так мало детей? (IV) Это одна из основных тем в разговорах демографии. Современный урбанизированный житель мегаполиса – рожает слишком мало. Хотя, казалось бы, есть все условия для рождения детей, но все равно рождений минимум. Есть работа, есть медицина, есть образование, есть безопасность, есть жилье, есть инфраструктура. В сравнении с деревней XIX века или индустриальным городом начала-середины XX века нынешний мегаполис вообще должен был бы стать идеальной средой для семьи. Но происходит обратное. Чем более урбанизировано, образовано и модернизировано общество, тем ниже рождаемость. Проблема тут не в отсутствии «условий вообще», и стало быть, раз они есть, то рождаемость должна пойти вверх, а в устройстве самих этих условий. Город делает жизнь индивида удобнее, факт. Жители мегаполисов живут лучше и дольше. У них выше качество жизни. Здоровье. Но это всё не обязательно делает деторождение проще и доступней. Большой город значительно увеличивает доходы, но одновременно повышает цену времени, квадратного метра, приватности, стабильности и психической энергии. Поэтому вопрос нужно ставить куда жестче: не почему люди из мегаполисов «перестали хотеть детей», а почему городская модель жизни так плохо переводит желание семьи в реальное число рождений. Реальный демографический кризис города не в том, что люди в нем больше не хотят детей, а в кризисе «репродуктивной субъективности»: многие не могут иметь то число детей, которое считают желаемым, из-за экономической нестабильности, гендерного неравенства, нехватки поддержки, слабого доступа к социальным институтам и общего пессимизма/неуверенности в отношении будущего. Отсюда главный вывод: низкая рождаемость в урбанизированном обществе не равна исчезновению семейной мотивации. Скорее наоборот. Люди по-прежнему ценят семью, но сама семья изменила свое место в жизненном цикле. Она перестала быть стартом взрослой жизни и стала ее итоговой, поздней и весьма дорогой формой. Я выделяю шесть механизмов влияющих на этот тренд поздней и малодетной городской семьи. Первый механизм - рост прямых и косвенных издержек на ребенка. В городской экономике ребенок стоит дороже. И не только как набор расходов на еду, одежду и кружки, но и как необходимость большего жилья, более сложной логистики и потери мобильности для семьи. Т.е. с одной стороны, жилье, например, более доступно в городе, потому что выше и лучше предложение. Но с другой стороны, социально и финансово оно становится недоступным в том качестве и объеме, которые совместимы с многодетной семьей. Грубо говоря – мегаполис слишком развит для многодетной семьи и предлагает для неё слишком (дорогие) хорошие условия. Второй механизм - цена времени и карьеры. В аграрном или раннеиндустриальном обществе дети были встроены в хозяйственный цикл семьи. В городе ребенок встроен в конфликт между карьерой родителя и воспитанием ребенка. Выбор в пользу детей напрямую зависит от экономической и финансовой безопасности, общего состояния рынка труда и семейной политики. При этом условия рынка труда объясняют различия в рождаемости сильнее, чем многие отдельные меры господдержки. И дело не только в безработице. В современных городах особенно высока стоимость выпадения из профессиональной траектории в те годы, когда и происходит накопление человеческого капитала, который формирует твой будущий доход. Рынок труда слишком высококонкурентный и требовательный. Поэтому даже при наличии работы городская семья сталкивается не с выбором «рожать или не рожать», а с выбором: когда именно рожать, чтобы не потерять слишком много в заработке (в том числе потенциальном), статусе, мобильности и автономии. _____________________ MAX | Telegram | WI