Ноздряков

Который день ура-патриотическое блогерство обсуждает то ли исчезновение, то ли арест, то ли аннигиляцию военхера Романова. В основном, радуется, как и полагается падальщикам. Хотя, собственно, обсуждать тут особо нечего. Военкоры были своеобразной прослойкой, появившейся в начале СВО для легитимизации российских действий, пока официальная пропаганда находилась в прострации. И мавр уже давно сделал своё дело, мавр должен уйти. Для системы они стали деструктивным элементом уже во время пригожинского мятежа, а сейчас превратились в откровенный балласт. Назвать военкорами их тоже сложно, впрочем, в привычном понимании. В советской традиции военкоры были штатными сотрудниками военного ведомства и военных газет. И транслировали официальную точку зрения. В западном понимании, сложившимся окончательно во время Вьетнамской войны, они были сотрудниками "независимой" буржуазной прессы и транслировали сенсации с критическим взглядам. Американские журналисты вели репортажи с вьетконговской территории или брали интервью у Саддама Хусейна во время "Бури в пустыни" - в нынешние времена такое невозможно представить. Российские военблохеры застряли где-то посередине. Понятное дело, что аффилированных с МО награждают орденами и медалями, двигают в депутаты. Остальным же со временем придётся пополнить резервуар машинки террора - ей тоже нужно пропитание, одними откровенными иноагентами сыт не будешь. Забавно, что многие военхеры глумятся над попавшим в просак товарищем. Они ведь тоже будущий корм, над которым также будут глумится пока ещё остающиеся на свободе и в живых. Но либо не сознают этого, либо всеми силами стараются не сознавать