Сергей Петрович Неклюдов (1790–1874) был боевым офицером — адъютантом генерал-лейтенанта князя Д. В. Голицына и участником кампаний 1812–1814 годов. Его боевые заслуги не раз отмечались наградами: например, за Бородино он получил орден Св. Владимира 4-й степени с бантом, а за сражение под Красным — орден Св. Анны 2-й степени. После войны Неклюдов служил мировым судьей и тюремным инспектором. В средствах он не нуждался: его отец был тайным советником и обер-прокурором Сената, а супруга, Варвара Ивановна Нарышкина, — дочерью сенатора И. А. Нарышкина и баронессы Е. А. Строгановой. Сергей Петрович слыл убежденным англоманом: он состоял в Английском клубе с 25 лет и до самой кончины, а на Гагаринской набережной построил дом с модными нововведениями — водопроводом и «английскими удобствами». Кто знает, возможно, именно эта любовь к британскому стилю и стала причиной появления близ сельца Сушани под Боровичами большого усадебного дома в готическом вкусе. Происхождение названия усадьбы — Гверстянка — доподлинно неизвестно, но предполагается, что роль здесь сыграла близость к реке Мсте. Слово «гверста» означает «песок с камушками». Неклюдов приобрел эти земли у Федора Клеопина — сына Никифора Клеопина, одного из организаторов горного дела на Урале и строителей Екатеринбурга. Усадебный дом, вероятно, возвели в 1840-х годах. Автором проекта считают Петра Семеновича Садовникова (1796–1877) — академика архитектуры и домашнего мастера графов Строгановых, которые были в родстве с Неклюдовыми. Некоторые постройки Садовникова действительно по почерку очень напоминают Гверстянку. Наиболее убедительной кажется версия, согласно которой Неклюдов передал купленные земли в качестве приданого старшей дочери Екатерине. Фрейлина двора, в 1838 году она вышла замуж за Дмитрия Замятнина — будущего министра юстиции при Александре II. Скорее всего, «замок» строился уже новым хозяином, поэтому версия о том, что облик дома продиктован исключительно англоманией Неклюдова, не бесспорна. Замятнины владели Гверстянкой почти 70 лет — до 1908 года. Имение продала их дочь Анна (в замужестве Тенишева). В обществе ходили слухи, что Анна была внебрачной дочерью императора, но подтверждений этому нет. К моменту продажи усадьбы её брак с князем Вячеславом Тенишевым (основателем знаменитого Тенишевского училища) распался из-за пристрастия мужа к азартным играм и его измен. Новым владельцем Гверстянки стал Константин Логгинович Вахтер (1837–1917) — крупный промышленник немецкого происхождения, «король огнеупоров» и владелец боровичских керамических заводов. К началу Первой мировой войны Вахтер был фигурой общероссийского масштаба: совладелец восьми компаний (от паровозостроения до производства искусственного шелка), председатель правления банка, дворянин и тайный советник. Его предприятие в Боровичах действует до сих пор — это тот самый знаменитый «Комбинат огнеупоров». При Вахтерах в усадебном парке гуляли фазаны и павлины, а к Рождеству в оранжереях выращивали свежую землянику. Во время Первой мировой войны первый этаж усадьбы был отдан под госпиталь для раненых, который Вахтер содержал на собственный счёт. Вахтеры владели усадьбой до 1917 года, после чего эмигрировали, а имение было национализировано. В советское время здесь размещались дом отдыха, госпиталь и училище механизации. В 1989 году училище закрыли, и главный дом надолго опустел, в то время как флигели использовались как жилье. Лишь в 2003 году Боровичский комбинат огнеупоров выкупил усадьбу, а в 2018-м началась её масштабная реставрация. Сегодня дом приведен в порядок: в нем проводят экскурсии и фотосессии. #Новгородская_область #усадьба 🙏 Заповедный Север