NIYSO

Это не заброшенное здание и не старый склад. Это регистратура Шалинской центральной районной больницы. В таком состоянии находится помещение, куда люди приходят за медицинской помощью. Зато новый бульвар имени главного убийцы чеченцев построен, а семья Кадыровых и их приближенные ни в чем себе не отказывают. Но найти деньги на ремонт здания не могут. Точнее, деньги есть, но распределяются они не во благо людей, а на совсем другие цели.

(sticker without text)

🔴 В Грозном слышны звуки стрельбы.

(sticker without text)

Наша петиция все еще в силе.

А что будут делать хозяева Кадырова из Кремля и ФСБ, когда он уже даже стоять не сможет? Хотя даже так он им подойдет, потому что от Кадырова требуется лишь формальное наличие, на деле же оккупированной Чечне управляют российские оккупанты.

Кадры с последнего появления марионетки России в оккупированной Чечне. Кадыров уже даже не пытается разговаривать, так как дается ему это с трудом, а просто стоит и молчит, за него теперь вынуждены говорить другие люди.

(sticker without text)

Коротко о «российском мире и порядке» в оккупированной Чечне: вооруженные до зубов люди в обычном селе останавливают и досматривают автомобили граждан. При этом их машины не имеют никаких опознавательных знаков, кроме надписи «K13”. Речь идет о некой силовой структуре под названием «Дустум К13». То есть на деньги народа обеспечивается личная гвардия 18-ти летнего сына Кадырова, которая терроризирует местное население.

(sticker without text)

Брать одного из членов организации и концентрироваться на нем - это давний прием ФСБ, который, под их кураторством, используют сейчас их наместники. В его адрес распускаются слухи, на него клевещут и пытаются максимально очернить, чтобы затем очернить и само сопротивление или посеять сомнения сред мусульман. Но удивляют не методы наших врагов, а то, что чаще всего на эти методы ведутся так называемые «братья», которые, ведомые личной неприязнью, поддерживают и раздувают эту клевету. Обвинения и клевета на публичных членов нашей организации - это клевета и обвинения в адрес всей организации. Мы не берем в наши ряды прохожих с улиц и не собираемся бездействовать, когда в наш адрес или в адрес членов нашей организации льются безосновательные обвинения. Если кто-то не борется за освобождение своей земли и установление на ней законов Аллаха, как велит нам наша религия, то пусть хотя бы не мешает.

Как только началась история с шахадой (Инша Аллах) Турпал-Али Межидова, российские оккупанты через своих наместников начали распространять аудиозаписи Зеламха, члена нашей организации, с целью посеять семена сомнения в нас и наших целях. Публикуемые ими записи являются архивными, им уже несколько лет и сделаны они были специально для пытавшихся внедриться «кротов». Видео на тему эту «кротов» также было опубликовано нами несколько лет назад, поэтому публикуем ссылку на него для напоминания. https://youtu.be/ar4pMxfUQII?si=2bwwSWpB2OGjEKGV

(sticker without text)

Знаменательный случай произошел в последние недели в Катыр-Юрте. Дело в том, что после появления муджахидов в оккупированной Чечне, ФСБ дала приказ всем силовым структурам в оккупированной Чечне усилить похищения и пытки с целью их поимки. И ФСБ всегда делает это по своей методичке: они остаются в тени и раздают указания, а всю грязную работу за них делают их шестерки в лице местных предателей. Делается это, как мы много раз подчеркивали, с целью возложить всю ответственность за свои преступления на самих чеченцев и создать иллюзию чеченской независимости. Чем же знаменательны события в Катыр-Юрте? ФСБ настолько было недовольно профессионализмом своих местных шестерок, что на время рейдов прислали туда свою группу, выгнав местных предателей. В результате, те лишь послушно занимались похищениями и бегали за поручениями своих хозяев, пока те занимались непосредственными допросами и пытками. И это лишь начало процесса, потому что чем сильнее будет противодействие российской оккупации, тем больше ФСБ придется выходить из тени, что разрушит образ «независимой Чечни, где чеченцы устраивают геноцид своего же народа». Долгосрочный план ФСБ рушится, как карточный домик.

(sticker without text)

84 000 - именно такое число чеченских мужчин российские оккупанты хотят уничтожить в ходе войны в Украине. Отправить на убой 84 000 чеченских мужчин - это хорошо, но вот если это будут 84 000 муджахидов, то это плохо, ведь они «губят себя». И ради чего «губят»? Ради степени «шахида» и высшей степени в Раю? Не лучше ли, чтобы тебе оторвало голову украинским дроном на пути врагов Аллаха и убийц мусульман, чтобы они могли и дальше устраивать геноциды твоего народа, а потом тебе посмертно наградили крестом мужества? 84 000 муджахидов - это число, с помощью которого, если на то будет воля Аллаха, можно было бы освободить весь Кавказ.

Тысячи чеченцев, большинство из которых это молодежь, погибли в Украине, пропали без вести или стали инвалидами. Особенно интенсивно потери растут в последние недели, как мы сообщали ранее. Но по этому поводу мы не увидим никаких призывов не губить нашу молодежь, народу даже не сообщают о потерях, родственникам просто говорят похоронить как можно тише своего убитого человека. Где призывы не отправлять на убой чеченцев? Где призывы жить мирно, а не воевать? Их не будет, потому что мы находимся под оккупацией, а наши оккупанты используются нашу молодежь в качестве пушечного мяса. А теперь представьте, если бы эти тысячи чеченцев вели бы организованную борьбу на пути Аллаха. Если бы продавшие религию и народа, ставшие российскими сотрудниками перестали бы служить врагам Аллаха и нашего народа. Тогда мы бы без труда, с помощью Аллаха, прогнали бы оккупантов с нашей земли. Но пропаганда оккупантов твердит, что это невозможно и губительно для нас, а вот отправить эти тысячи чеченцев на убой за Путина и «русский мир» - это правильно.

Массаьрга дlа кхачаде хlара къамел:

(sticker without text)

Ростислав, как и все Агуевы, является сторонником Даудова. Они происходят из одного села Гелдаган. Именно Даудов убедил ФСБ сделать ставку на них и продвинуть на нужные должности. Сторонники Даудова находятся во всех сферах и активно его продвигают, особенно на фоне умирающего инвалида.