Новости Севастополя

«Apres nous le deluge» Как Александр Валентинович с Андреем Леонидовичем над русскими смеялись. Говорят, что русский народ жутко терпелив, он умеет смотреть в сторону барина с укоризной, успокаивая себя тем, что барин придет в себя, только чуть перебесится, но после «велить дать лесу», как та старушка. Но барин, в материалистической диалектике, он циничен и невероятно «далек от нужд народных». И позволяет себе вот так публично смеяться над тем, как русский народ под украинскими обстрелами тащит в новые регионы бензовозы с топливом, каждую минуту рискуя жизнью, чтобы обеспечить дизелем и бензином армию и скорую помощь. Это тот самый русский народ, который в поле покупает солярку по спекулятивным ценам, сжав зубы убирает зерно, чтобы у страны был хлеб, это тот самый русский народ, который в три смены работает на наших НПЗ, несмотря на визжащий гул дронов. Может посмеяться вице-премьер Новак над русским народом, и Андрей Леонидович Костин может посмеяться. Почему то чемпионат мира по футболу после этого вспомнили, как японский тренер, после проигрыша Бразилии, подошел к трибунам и долго стоял в поклоне перед болельщиками, извиняясь за поражение. Ему стыдно было, что он потратил деньги, время и проиграл. Дух самураев он такой. А у нас нет самураев, у нас чиновники правительства и банкир Костин переквалифицируются в стендаперов, и превращают серьезную конференцию в балаган. Им что реально по фиг на то, что в стране творится. Новак не выйдет перед русским народом в поклоне с извинениями за то, что не смог организовать нормальную логистику и доставку бензина в регионы, Андрей Леонидович Костин не станет извиняться за дикие проценты, которые его банк накручивает на кредиты населению. Иногда кажется, что они нас не уважают, не уважают тех, кто сегодня везет бензин в зону СВО, кто трудится каждый день на износ, потому что так надо. Можно сидеть в теплом конференц-зале и смеяться над нами всеми. Но после такого нормальный чиновник должен уйти в отставку. И прав наш коллега и друг Галим Вергасов — «страшно далеки они от народа», а вся логика этих руководителей сводится к одному «Apres nous le deluge» — после нас хоть потом...