Для Европы аграрная конкуренция с Украиной — страшнее риска войны с Россией И это многое говорит о восприятии в Европе актуального положения дел. А также о качестве сигналов, которые мы передаем на Запад. В редакционной статье британская The Economist отмечает, что лидеры Европы постоянно говорят о риске войны с Россией, однако не принимают достаточных практических мер для подготовки к ней. А раз так, то воевать должен кто-то другой. ▪️ Если Европа готовится к войне, она объективно нуждается в Украине, утверждает газета. НАТО для Киева фактически закрыто: политические ограничения, позиция США и сомнения внутри альянса делают вступление Украины в него малореалистичным. Значит, остаётся единственный канал закрепления Украины на Западе — Евросоюз. Таким образом, вопрос об Украине автоматически превращается в вопрос о ЕС. "Любая надёжная защита Европы должна опираться на 800 тыс. украинских военнослужащих и на разработанные в этой стране технологии БПЛА и средств борьбы с ними, управляемых ИИ, — заявляет The Economist. Тут же признавая: — Несмотря на весь свой героизм, Украина — коррумпированная, хрупкая демократия, которая может выйти из этого конфликта с неопределёнными границами и с Россией в качестве своего "адского соседа". При этом, как заявляет газета, европейские фермеры "боятся конкуренции со стороны крупной сельскохозяйственной отрасли мирового уровня на Украине. В Брюсселе говорят, что если Украина когда-нибудь вступит в ЕС, то его Общая сельскохозяйственная политика не сможет существовать в нынешнем виде, с большим количеством субсидий". ▪️ Иными словами, ЕС готов использовать Украину для войны с Россией, но не готов брать её в семью "дружных" европейских народов глубже уровня, безопасного для субсидий европейским фермерам. У Европы существует уверенность в том, что воевать с Россией она будет чужими руками — с минимальными для себя издержками, полностью контролируя процесс и все риски. Ну, если уж главное, о чём якобы нужно беспокоиться, это атмосфера вокруг аграрных субсидий. Это значит, что сигналы, которые Москва периодически отправляет на Запад, звучат не совсем на том языке, который там понимают. Неплохо бы скорректировать этот диалог.