НЕВМИНКУЛЬТ

«Ass Effect, или У тебя нет я». Квиры угробили вселенную, но есть два нюанса Студию Bioware закрыли. И это, примерно как если бы закрыли «Пиксар», не дожидаясь спасительной второй «Головоломки». Настоящие корифеи, создатели абсолютно культовых игр – больше не существуют. Хотя, если точнее, теперь просто официально. Эмоциональная реакция на грустную новость напоминает змеиный язык. Бешеное квирство, амбассадором коего постепенно стала Bioware, клянет Саудовскую Аравию: мол, это под давлением новых, патриархальных, хозяев EA Games убила студию и сделало аборт продолжению «Масс Эффекта». По другую сторону фронта неразборчивое злорадство: так вам заднеприводным и надо, нечего было под повесточку ложиться. На самом же деле всё, как и в играх Bioware, немного сложнее. Уже много лет студия разве что не хрипела: «добейте меня!». Из золотых составов осталось всего ничего мастеров, боссы из EA постоянно давили, подсовывая неудобные движки или требуя перестраивать проекты под сиюминутные тренды. И как не добавить сюда повестку, реально повлиявшую на судьбу студии. Ясно, что в отчетах или ИИ-аналитике звучит: «Bioware всегда заигрывали с меньшинствами и экзотикой, но раньше это не мешало», однако есть два ключевых нюанса. 1. Все зависит от дозировки. В «Масс Эффект» тебе достаточно было просто не сказать «у тебя есть я» тошнотному нытику, а роману с медузами или ящерами можно было предпочесть нормальных человеков. В «Инквизиции» щель распахнули шире, и примерно самый харизматичный персонаж оказался довольно назойливым любителем посохов, однако и там всегда были очень здоровые альтернативы. А вот в фатальном для студии «Вейлгарде» берегов уже вообще не увидали, превратив всю команду в цирк уродов и извращенцев. Именно через команду, личности, выбор, а не через геймплей, «Биовары» и раскрывали свои лучшие истории. И только здесь не оставили главного для игроков выбора: с кем ты хочешь спасти мир. 2. Проблема квирства не только в наличии их в играх. Она – в переизбытке их именно среди разработчиков, куда стали набирать через задницу и розовые ежики, а не с опорой на талант. Пользуясь «харассментами», «абьюзом» и протоколами инклюзивности, харизматичных, но «токсичных» мастеров повыдавливали убогие карьеристы: без своего яркого Я (зато с буйным «они»). А когда пришло время спасать вселенные культовых игр – их фантазии хватило только на реализацию сокровенной мечты: пусть все называют меня «они», а если нет – извиняются и отжимаются в компании некрогея, лесбогномки и безногой магички. Грубо говоря, хоть саудовские владельцы, хоть среднемировые игроманы закрыли бы глаза на локальные инклюзивные заскоки создателей хороших игр, как и ранее это делали, и сейчас прощают той же Larian. Но считать, будто хорошие игры кончились сами по себе или из-за конъюнктуры рынка – полное заблуждение. Классическая ниша «Биовар» – масштабные ролевые игры – буквально пульсирует и искрит от запроса. Но кому делать столь глубокие и вдумчивые игры, если даже культовые студии превратились в такие же цирки инфантильных извратов, как команды спасителей мира в последней «Эре драконов»? И мы понимаем, что Bioware – во всех смыслах не крайние.