НеудаЩа — Волга и Урал

Возвращаемся к теме почетного гражданства города Казани. В 1987 году, к 70-летию революции, на месте Федоровского бугра был возведен Мемориал Владимира Ильича Ленина (нынешняя Национальная библиотека). В провинции СССР было негласное противоборство между Ульяновском и Казанью за Ильича. Вроде как земля Симбирская подарила нам вождя, но как революционер он сформировался в татарских пенатах. Ульяновск даже переименовали в честь Ленина, хотя в самом названии была использована «девичья» фамилия, что давало Казани право, без переделывания топонимов, заявлять о своем первенстве в Поволжье. Ульяновск тогда явно опережал Казань по монструозным сооружениям, славящим самого живого из живых. Поэтому наглым правобережным мишарям надо было ответить подобающе. Но кроме дома из красного гранита, нашим партийным функционерам хотелось чего-то эдакого — нематериальную ценность. Тогда и всплыла идея с присвоением Ленину звания почетного гражданина Казани. Этот институт с 1917 года был похоронен. Концепция СССР подразумевала всеобщее равенство граждан (ну, кроме троцкистов: те были зарвавшимися собаками — их надо было расстрелять вместе с левыми и правыми уклонистами). Наличие звания почетного гражданина делило массы на два класса — почетных и всех остальных (читай, непочетных). Но к 1987 году в воздухе уже витал дух кооперативов, формировалась идея классового неравенства. Именно поэтому татарские партийцы и возродили эту традицию. Начало ей было положено еще в середине XIX века, и присваивали звания в подавляющем большинстве по политическим мотивам. Скажем, Сергей Витте был почетным гражданином Казани — дали ему это, очевидно, за решение строить железную дорогу на Восток через Казань, а не Самару. Почетное звание Ленину было присвоено в апреле 1987 года, аккурат к его дню рождения. А потом в обкоме ТАССР доперли, что теперь Ильич в пантеоне обнимается с капиталистом Витте и еще десятком монархистов. К октябрю в компанию Ильичу добавили полтора десятка живых видных людей Казани — среди них были Урманче, Девятаев, Арбузов (который сын, а не папа). Таким образом легитимизация классового неравенства набирала обороты. Читайте нас в MAX