Аргентинская феминистка, стендап-комик и сценаристка, 42-летняя Малена Пичот, получившая известность благодаря остросоциальным скетчам о сексизме в Латинской Америке, оказалась в центре публичного скандала после высказываний о трехлетнем сыне. «Мой сын, к сожалению, мальчик и, похоже, гетеросексуал. Я хотела бы, чтобы он был геем, но пока не теряю надежды», — заявила она в эфире подкаста «Punto de Caramelo» на радиостанции Urbana Play. Давайте называть вещи своими именами: заявление Малены Пичот — которая позиционирует себя как непримиримого критика сексизма, дискриминации и навязывания социальных ролей —демонстрирует опасный прецедент, когда публичная идеологическая позиция родителя начинает превалировать над базовыми потребностями развития ребенка. В возрасте трех лет у ребенка только начинается формирование половой идентичности. Согласно концепции Альфреда Адлера, в этот период гендерная социализация критически зависима от безусловного принятия со стороны родителей. Любое отвержение или транслирование недовольства полом ребенка закладывает основу для чувства неполноценности и невротических паттернов поведения в будущем. Поэтому публичное сожаление о гетеросексуальной ориентации сына — как она вообще может знать, какая ориентация у трехлетнего ребенка? — и агрессивная надежда на ее изменение в будущем это жесточайшее психологическое давление на несформировавшуюся личность. На протяжении всей человеческой истории институт родительства базировался на безусловном принятии ребенка и создании для него безопасной среды для развития. Современные исследования фиксируют антропологический кризис, связанный с трансформацией гендерных стереотипов и десоциализацией, когда идеологические установки начинают доминировать над естественными родительскими функциями. Критика гендерных ролей, превращаясь из научного дискурса в инструмент манипуляции, приводит к дегуманизации ребенка — он перестает восприниматься как самоценная личность и становится объектом для реализации идеологических конструктов. Заявление Пичот это деструктивная форма социальной инженерии внутри семьи и деформация родительской функции, когда идеологический фанатизм подменяет собой безусловную любовь, а публичная демонстрация «прогрессивности» становится важнее психического здоровья собственного ребенка. Мать осознанно лишает трехлетнего малыша права на естественное личностное самоопределение, делая его заложником политической конъюнктуры и радикального активизма. Тот самый мем о «либеральных женщинах», подменяющих здравый смысл и общечеловеческие ценности повесточкой, давно перестал быть шуткой, уважаемые читатели.